– Не мы, а ты. Тебе срочно надо убраться отсюда. Я снял виллу на Самуй. Тебе придется пожить там какое-то время. Держи карточку. Можешь тратить без ограничений.
Он сунул черный прямоугольник мне в руки, но я оттолкнула его.
– Не нужна мне твоя карта! Я никуда не поеду без тебя!
– Не глупи, Анастейша. Из-за твоей выходки у нас всех теперь неприятности. Отдохни немного на морском берегу. Я все улажу и заберу тебя оттуда так быстро, как смогу.
Я хотела возразить, но мы как раз подъехали к его дому, и Дэм, торопливо чмокнув меня в щеку, вышел из машины.
– Ну уж нет, – я проворно выскочила следом, – так просто ты от меня не отделаешься. Даже в аэропорт не проводишь? Ты бросаешь меня, да?
– Не усложняй все, я прошу тебя. – Дэм устало провел ладонью по лицу, и я только сейчас разглядела, какой он бледный. – Анастейша, пожалуйста, сядь в машину.
Новые нотки в его голосе заставили меня подчиниться. Но забравшись в «Майбах», я продолжала смотреть на Дэмиана через окно, ожидая, что он передумает и остановит меня. Он очень медленно шел к парадной, а потом, свернув, сел на скамейку. Я решила, что он сейчас позвонит мне или водителю, чтобы остановить нас. Но автомобиль уезжал все дальше, а звонка так и не было. Пока я глядела сквозь заднее стекло на стремительно уменьшающийся силуэт любимого, меня накрыло чувство, что я вижу его в последний раз.
Открыв глаза, обнаружил себя в самолете полулежа на кресле, а мои спутники столпились вокруг с бледными лицами. Пересчитав по головам, понял, что все на месте, но на всякий случай спросил:
– Все целы?
– Ты ранен, Дэм, – сообщил Генка.
Приятель напросился с нами, чтобы пощекотать себе нервишки. Остальные были наняты мной и просто делали, что я говорил.
Про ранение я как бы догадался – полыхающий огнем бок не оставлял сомнений. Чувствовал, что дела не очень, но боялся посмотреть вниз.
– Спасибо, Кэп, – проворчал я. – Где камень?
– Серьезно, Дэмиан? Это то, что тебя сейчас интересует?
Гена возмущенно вздохнул, но, открыв чемоданчик, продемонстрировал мне кольцо.
– Мы что, еще не взлетели? – возмутился я, поняв, что не слышу шум мотора.
– Взлетели? Дэм, тебе срочно надо в больницу.
– Это не вариант, – отрезал я и сразу продолжил, видя, как друг начинает заводиться:
– В больнице придется рассказать, откуда у меня огнестрел. Но не это самое страшное. Через пять минут придут боевики из «Каморры», и тогда нам всем врачи уже не понадобятся.
– Ты не долетишь до России.
– Это наш единственный вариант. Позови капитана, мы взлетаем.
Даже с раненым, со мной было бесполезно спорить, и все это знали. Потому уже через пару минут самолет выруливал на взлетную полосу.
Мне все же пришлось посмотреть вниз. Белое кожаное кресло все было залито моей кровью. Фиг теперь ототрешь. Придется менять обивку.
– Жанна, ты где? – зову я, и стюардесса тут же возникает передо мной.
Когда-то я нашел эту девочку за барной стойкой в одном питерском кабаке. Обычный романчик закончился бы быстрее, но девчонка делала божественные коктейли. Однажды я спросил, о чем она мечтает. И она поведала, что всегда хотела стать бортпроводницей. Закончив ржать и напевать известную песенку про стюардессу по имени Жанна, я решил выучить девочку и взять к себе в экипаж. После окончания обучения Жанка стала летать со мной по всему миру. Из нее, кстати, вышла отменная стюардесса. Кроме основных обязанностей она по-прежнему бесподобно смешивала напитки и чудесно работала язычком. И не обижалась, когда мы с друзьями, напившись, пели ей ту самую песенку.
– Жан, ты должна обработать мою рану, – твердо говорю ей, понимая, что прошу многого.
– Нет! Пожалуйста, Дэм! Не проси меня об этом. – Она чуть не плачет.
– Я бы не просил. Но без этого до Питера мне не дотянуть. А на этих надежды нет. – Я кивнул на продолжающих скорбно взирать на меня товарищей.
– Я ж понятия не имею, что делать.
– Тебя учили оказывать первую помощь.
– Меня учили царапины обрабатывать, а не огнестрел штопать. Или ты думаешь, что за полгода обучения я стала дипломированным хирургом?
– Зашивать меня не надо. Тебе нужно только обработать рану и стянуть края.
– Чем стянуть? Лейкопластырем?
– Почти. В аптечке есть специальные стяжки для этих целей.
– Для этих целей? То есть ты знал, что рано или поздно они пригодятся в подобной ситуации?
Я понимаю, девчонка нервничает. Но только на нее вся надежда. Пока она идет за аптечкой, разгоняю зевак, чтоб не мешали ей работать. Откидываю кресло еще ниже и прикрываю глаза.
Через минуту с шипением их распахиваю. Мат льется из меня полноводной рекой. Черт, как же больно! Дрожащая от страха Жанка стоит рядом, зажав в руке бутылку.
– Ты что, рану водкой залила?
– Да, – с испугом тянет она.
– Блин, Жан, там есть бесспиртовой антисептик.
– Прости, – дрожащим голосом просит она и делает большой глоток из бутылки.
– Дай! – требовательно тянусь я к водке и заливаю в себя граммов двести разом. – Ладно, клей давай, – машу ей, слегка отдышавшись.
Трясущимися руками моей стюардессе все же удается стянуть рану. Кровь уже не хлещет, и то хорошо.
