– Прости, я не могу уехать – у меня сын. И с Анастейшей, как с его матерью, я теперь связан на всю жизнь.
Я боялся истерики, которая сейчас начнется, но Анита как будто уже знала об этом.
– Не смей бросать меня! Я этого так не оставлю! Нажалуюсь папочке, и он разберется и с тобой, и с этой твоей подружкой!
– Не пытайся меня запугать. Твой отец – высокопоставленный чиновник, а не бандит какой-нибудь. Ну перекроет он мне кислород по бизнесу, ну и черт с ним. Моих накоплений с лихвой хватит и нам, и нашим детям до конца жизни.
– Ты, верно, не знаешь про лихое прошлое моего папеньки? Ради меня он запросто его вспомнит.
– Ты не посмеешь!
– Увидишь!
Я выскочил из ее спальни, чтобы не придушить ненароком. Отдышавшись, направился искать отца семейства. Я должен был сам обсудить с ним сложившуюся ситуацию. Но оказалось, что он уже уехал. Пришлось ехать следом за ним.
Когда я подъезжал к Красной площади, меня охватило нешуточное волнение. Еще не доводилось бывать на работе у ее отца, и в целом в такие высокие политические круги я не захаживал. Но отступать было уже некуда.
Проскользнула трусливая мысль: «Может, меня не пропустят?»
Но там все знали, кто я и чей будущий зять.
Кабинет несостоявшегося тестя впечатлял роскошным убранством. Стены, отделанные дубовыми панелями, массивная резная мебель, тяжеловесные портьеры и по-дворцовому роскошная люстра – интерьер подчеркивал статус своего хозяина, хмуро разглядывающего меня из своего кресла во главе стола.
– Вот уж кого не ожидал здесь увидеть, – рокочет владелец кабинета. – И что у нас плохого?
Не зря он добрался до самой вершины пищевой цепочки – в сообразительности ему не откажешь.
– Да вот, решил лично сообщить вам, что мы с вашей дочерью приняли решение расстаться.
– То есть ты заявился сюда, чтобы рассказать, что бросаешь мою беременную дочь?!
Все внутри меня начинает вибрировать от раскатов его голоса.
– Анита не беременна, она сама мне в этом призналась. Я любил вашу дочь и сейчас люблю, но есть женщина, которую я люблю больше. И у нее сын от меня. В сложившихся обстоятельствах единственно правильным решением будет остаться с ней и участвовать в жизни нашего сына. Я понимаю, что очень виноват перед вашей семьей, и готов понести любое наказание, но молю только об одном – не трогайте Анастейшу и моего ребенка.
Пауза затягивалась. Бестужев продолжал молча буравить меня тяжелым взглядом. И под гнетом его молчания перед моим мысленным взором проносились картины изощренных пыток, которым он мог бы нас подвергнуть.
– Ну вот что, Демьян. Я бы не без удовольствия подвесил тебя за яйца за то, что ты обидел мою малышку, да проблемы это не решит. И что ты там бормотал? С чего взял, что я женщину с ребенком трону? Кто я, по-твоему? Бизнеса тебя лишить – это я могу, а вот слабых обижать не по моей части. Ты теперь и сам отец, понимаешь, что за своих детей мы на все готовы. Но не стану я тебя гнобить. То, что со своим сыном и любимой остаться хочешь несмотря ни на что, – это похвально. А я вот струсил в свое время. Побоялся, что если уйду от жены к той, другой, то это на моей политической карьере плохо скажется. Почти вычеркнул из жизни вторую семью. Откупался от них. Не занимался сыном и жестоко поплатился за это. Детки мои адреналинщиками уродились, все в папашу. Вот только дочке я мозги хоть немного вправлял, а сын в бейсджамперы подался. Из-за этого и погиб. Совсем мальчишка был.
Бестужев вздохнул. Мы посидели в тишине пару минут.
– Так что выдыхай, Демьян. Считай, пронесло тебя в этот раз. Сыну спасибо скажи. А Анька моя оклемается. Она девка видная, без поклонников не останется. Жена моя так и вовсе рада будет вашему расставанию. Она тебя после прошлого раза терпеть не может. Ну все. Вали отсюда, пока я не передумал.
Не собираясь искушать судьбу, я быстренько попрощался с отцом Аниты и ретировался. Окрыленный, я почти летел по бесконечным коридорам власти. Осталось только вернуться в Питер и обрадовать Анастейшу.
Приземлившись в Пулково, первым делом я рванул в офис компании «Априори». Залетев в кабинет Анастейши, с порога гордо объявил:
– Мы расстались с Анитой!
– Рада за вас, – отозвалась Анастейша без малейшей меж тем радости в голосе. – Значит, мы заказа лишились?
– Ты не поняла, теперь мы можем быть вместе!
– Это ты не понял, дорогой! Я тебе не игрушка! Ты свой выбор сделал. Если Анита дала тебе от ворот поворот, это не значит, что я тебя приму с распростертыми объятиями. Выметайся отсюда, если ты больше не наш клиент!
– Подожди, я сейчас тебе все объясню!
– К черту твои объяснения, Дэмиан! Видеть тебя не хочу! Уходи!
– Да подожди ты…
– Если ты не уйдешь, тогда уйду я. – И, молниеносно просочившись мимо меня, она выскочила в коридор.
Бегу за ней, но она подлетает к кабинету директора и, заскочив туда, запирает за собой дверь. Секунду раздумываю. Если вышибу дверь, то мы точно сцепимся с ее мужем. А когда я разобью ему лицо, она примется жалеть муженька. Пожалуй, не стоит затевать это. Лучше подберусь к ней позже.
