– Зато характером вылитая я, – покачала головой Браге. – Такая же дура, прости господи, стоеросовая! Но… – воздела она к небу, вернее, к потолку, указательный перст, – в Себерии победителей не судят. Семь сбитых бомбардировщиков противника в одном бою – это, как ни крути, красивый результат.
«Но боя-то как раз и не было, утиная охота это была, а не бой!» – не согласилась было Ара, но тут же и вспомнила, что если даже это действительно была стрельба по уткам, то ее-то саму, получается, одна такая кряква едва не до смерти «ущипнула».
– Ладно, – поставила точку адмирал. – К делу. Во-первых, ты уж поверь, Варвара, но я устала за тебя волноваться. Сил моих больше нет! Поэтому, уж извини, но считай себя с этого дня списанной на берег.
– Возражения не принимаются! – подняла она ладонь, останавливая возможный поток
– А после? – осторожно поинтересовалась Ара. На самом деле, она спорить и не собиралась. Поняла посыл и приняла, как есть.
– Вот родишь, оклемаешься, тогда и поговорим. Все понятно?
– Так точно!
– Ну, вот и славно, – кивнула Адмирал. – Мы тут посоветовались и решили, будешь представлять отца в Военно-техническом совете, ну и при мне «для особых поручений».
Ну, что-то в этом роде она и предполагала, так что ерепениться смысла не видела.
– Я остаюсь в Шлиссельбурге? – спросила вслух.
– Да, – подтвердила адмирал. – Пока здесь, а ближе к делу отправим тебя в Вологду. Есть возражения?
– Никак нет!
– Ну, ты еще каблуками мне щелкни для полного счастья! – неожиданно улыбнулась Браге. – Разговор у нас, Варвара, неформальный, поэтому без солдафонщины, пожалуйста!
– Хорошо, – кивнула Ара. – Извините, господин адмирал, больше не повторится.
– Так-то лучше. – Браге встала, потянулась, повела плечами. – Устаю сидеть, но раз надо, значит, надо.
– Я понимаю. – Ара действительно понимала. Знала, что Елизавета Аркадиевна, дай ей волю, до сих пор гоняла бы супостатов на «коче» или на каком-нибудь «коньке-горбунке», а она днями из кресла своего начальственного не вылазит. Долг сильнее фанаберии, где-то так.
– Кадровики, Варвара, пересчитали твои подвиги с учетом всех покоцанных тобой кораблей и совместных побед и пришли к выводу, что у тебя на данный момент ровным счетом двадцать шесть побед. Так что получаешь золотой значок «Аса».
– Служу Себерии! – вскочила Ара.
– Конечно, служишь! – одобрительно кивнула адмирал. – И хорошо служишь, чего уж там! Да сядь ты уже! Или нет! Постой минуту, чтоб два раза не вскакивать. К ордену тебя, Варя, представили, но чем именно наградят, не знаю.
– Да я…
– Да ты! – усмехнулась Елизавета Аркадиевна. – К ордену не я представляла, без меня нашлось, кому за тебя порадеть. Вас всех представили. Я имею в виду всех, кто вылетел той ночью на перехват. Жихареву твою, к слову, тоже. Чаю, знаешь, что ее пока трогать нельзя. Оклемается немного после операции, переведем сюда, в центральный госпиталь. Поправится, найдем применение…
– Ко мне помощником… – аккуратно вклинилась Ара.
– Голова у нее как? – сразу же заинтересовалась адмирал.
– Отличная голова! – заверила ее Ара. – В Академии диплом с отличием получила. И пилот хороший…
– Ладно тогда, – согласилась адмирал. – Присвоим очередное звание и направим военпредом к твоему отцу. Вот и будете вместе: политес соблюден, и все довольны.
– Спасибо!
– Не за что, – поморщилась Браге. – Тем более что она заслужила. Четыре сбитых «виндзора», «Кумано» и ниппонский истребитель. Вполне!
– Спасибо! – повторила Ара.
– На здоровье! Но у меня, Варвара, к тебе еще одно дело. Вернее, два. Боюсь, что тебе это не понравится, но прими, будь любезна, как мою личную просьбу, а не как приказ.
– Что надо делать? – Что бы это ни было, раз крестная просит, придется ее уважить. И не потому даже, что она по факту третий человек на Флоте, а потому что она – это она.
– Первое. Шумские. Знаешь их?
– Да, – подтвердила Ара очевидное. – Я с их Екатериной одно время даже переписывалась.
– Ну, вот и чудно, – улыбнулась адмирал. – К слову, Катька сейчас здесь, в Шлиссельбурге, полагаю, увидитесь и возобновите знакомство. Но я о другом. Шумские заканчивают документальную ленту «Экипаж». Как раз про вас с Леной Жихаревой. Времена у нас сейчас тяжелые, ну, да не мне тебе объяснять, лейтенант. Патриотический фильм позарез как нужен. Дашь им развернутое интервью… Появишься в кадре в форме, со всеми орденами и медалями. Если Лена будет чувствовать себя получше, то и к ней в госпиталь зайдете. Очень, понимаешь ли, Флоту нужен сейчас такой фильм. Но дело спешное, и на все про все есть у нас максимум неделя. Не подведешь?
– Раз надо, сделаю, – согласилась Ара. – Только неловко как-то. Что люди скажут?
– А что они могут сказать? – удивилась Браге. – Люди, Варя, увидят молодую женщину, которая воюет с первого дня войны, и хорошо воюет. Без страха, как говорится, и упрека. Кровь пролила. Врагов побила несчетно. Причем и ниппонцев, что характерно, и шведов с великобританцами. Как раз то, что доктор прописал.
