И они пошли рука об руку, как и следует любящим друг друга брату и сестре, – а они друг друга и в самом деле любили, – поэтому, наверное, так хорошо прозвучали в зале для совещаний, куда они вскоре вошли, слова Кирилла Кокорева:
– Господа, разрешите представить вам мою младшую сестру Варвару Авенировну Кокореву. Со вчерашнего дня решением семейного совета она является официальным представителем семьи Кокоревых в военно-промышленном пуле Себерии…
Заседание, как и следовало ожидать, затянулось. Трепливый народ себерские бюрократы, не себерские, впрочем, тоже. Дай только повод, будут совещаться до потери сознания. Так что освободилась Ара только в восьмом часу вечера. Устала, что не странно, и мечтала только о стакане горячего чая с облепихой и гречишным медом, о ванне и о пуховом одеяле. Но увы, скромным ее фантазиям не суждено было сбыться, так как в секретариате товарища министра ее уже ожидала записка: мол, телефонировали из дома и убедительно просили, не откладывая, связаться с Иваном Никифоровичем Тороповым из торгового дома «Русь».
«Ох, грехи наши тяжкие!» – Ара вспомнила, разумеется, о ком идет речь, как и о том, что просьбы адмирала Браге принято удовлетворять по полной, или уж лучше сразу застрелиться, а она к тому же слово дала. Поэтому, воспользовавшись телефоном на столе секретаря, Ара сразу же позвонила Торопыгину, который, как ей помнилось, являлся режиссером будущей игровой фильмы про девушку-авиатора, и с удивлением узнала, что студийные павильоны товарищества, где ей придется теперь появляться не раз и не два, расположены практически в центре города, хотя и на левом берегу реки, в Драгунском ручье, что было совсем неплохо. Однако сегодня – и, видно, для разнообразия – ее приглашают всего лишь познакомиться со съемочной группой, назначив встречу в ресторации «Шапка посадника» в проезде Чекмарева.
Выслушав господина Торопыгина, Ара переспросила: «Когда, когда?», получила ответ и поняла, что съездить домой и переодеться уже не получится. Компания фильмоделов, оказывается, зарезервировала в ресторации даже не столик, а целый кабинет и как раз сейчас собирается перебираться из съемочного павильона в «Шапку посадника».
«Твою ж мать!» – прокомментировала Ара сообщение, изменившее, а вернее, на корню убившее, все ее планы относительно отдыха и раннего отхода ко сну.
Она распрощалась с Кириллом, условившись встретиться с ним на следующей неделе, когда он привезет в Шлиссельбург всю семью, и, обреченно вздохнув, пошла искать, где давеча припарковалась, впопыхах примчавшись к зданию Министерства финансов Республики Себерия. Впрочем, «Помор» нашелся на удивление быстро, стоял, где поставили, на подземной стоянке А7, и ждал свою неугомонную хозяйку.
«Ну, хоть что-то хорошее», – констатировала Ара, влезая в недра своего огромного внедорожника. Заседание оказалось слишком длинным и слишком муторным, да еще и все присутствующие пялились на нее, как на невидаль заморскую. Ну, как же! Единственная женщина в чисто мужской компании, да еще и дочь Самого! А тут, ко всему, еще и погода к вечеру испортилась: резко похолодало и пошел сухой колючий снег. Так что подземная стоянка оказалась очень кстати. И вскоре, всего где-то через сорок минут, Ара парковалась уже в проезде Чекмарева поблизости от входа в ресторан, чтобы далеко потом по холоду не ходить. Снег к этому времени идти, правда, перестал, но теплее на улице от этого не стало, а между тем Ара была хоть и в шубе, но без шапки, и это с ее стороны оказалось весьма опрометчивым решением. Поэтому пришлось поспешить, не хватало еще заработать себе менингит.
А в самой ресторации было тепло и сухо и обслуга на высоте. Со всей вежливостью – и даже не без некоторого подобострастия, не иначе как вызванного ее мехами и бриллиантами – приняли шубу и проводили в искомый кабинет, где ее с нетерпением ожидала веселая компания из успевших уже приложиться к хмельному молодых мужчин и женщин, среди которых обнаружилась и упомянутая давеча в разговоре с Елизаветой Аркадиевной Катька Шумская, если, конечно, она не успела за прошедшие годы выйти замуж и сменить фамилию.
– Здравствуй, Катя! – небрежно бросила Ара, войдя в кабинет и вчерне определившись с составом комитета по встрече. – Господа, я Варвара Кокорева и с кем-то из вас где-то с час назад я имела разговор по телефону.
– Вы говорили со мной, Варвара Авенировна, – встал ей навстречу худощавый лощеный тип с усиками а-ля Кларк Гейбл. – Разрешите представить вам всех собравшихся. И вас, разумеется, представить им тоже. Дамы и господа, – обвел он взглядом притихшую при появлении Ары публику, – это Варвара Кокорева, которую Адмиралтейство и лично господин Шумский рекомендовали нам в качестве военного консультанта.
