Осмотрев спальню, я нахожу разбросанные по непокрытой постели банки из-под пива. Заляпанный матрас валяется на голом полу. Там же – экземпляр The Guardian четырехдневной давности. Антураж отдает печальной, впустую потраченной жизнью. Интересно, кто может жить в такой бедности и запущенности, какую я не видела даже во время наших с Маркусом многочисленных путешествий? Аналитическое издание тут явно не к месту. Этому дому больше подошла бы The Sun, открытая на третьей странице. Но, может, это я рассуждаю как сноб.
Наверняка мерзкая муха вылетела отсюда – это место смердит смертью и разложением. Я осторожно закрываю за собой дверь и выхожу на улицу. Скрестив ноги, сажусь на ступенях лестницы и звоню Джорджу.
– Джордж, это я, Линда.
– Решила сообщить мне, что сегодня опять не придешь на смену? Стеф заболела, и ты нужна мне как никогда.
Поморщившись при мысли о том, что я планировала сказаться больной, но теперь не получится, я стараюсь говорить спокойным голосом, явно отличающимся от того, как я себя на самом деле чувствую.
– Нет, Джордж, все в порядке. Я приду. Я просто зашла в квартиру и решила сообщить, что меня опять ограбили. И еще я заметила, что соседи оставили свою дверь открытой, так что я зашла…
– Не надо было этого делать. Теперь тебя обвинят во вторжении в чужое жилище, – яростно реагирует Джордж, включив режим хозяина недвижимости.
– У меня не было другого выхода. Я думала, с ними что-то случилось.
– Что ты имеешь в виду? Они в порядке?
– Не знаю, Джордж, их там не было.
Джордж тяжело вздыхает. Он считает, что я доставляю ему кучу проблем. И хотя я с ним не согласна, он имеет право так думать. Я слишком часто его подводила.
– Значит, к тебе опять вломились. Если не будешь аккуратнее, к тебе заявится полиция, Линда, а это никому из нас не надо.
Джордж был мелким преступником, однажды отсидел три месяца в тюрьме за небольшую кражу и теперь панически боится полиции, считая, что его несправедливо наказали. Боясь быть арестованным и избитым, с тех пор он ведет себя прилично. И я более чем его понимаю.
– За последний месяц мою квартиру обшаривали три раза. И ты не поверишь, но кажется кто-то спал на моей кровати, пока меня не было. А судя по состоянию второй квартиры, твои арендаторы скрылись с концами, задолжав тебе плату, Джордж. И если это не дело полиции, то я даже не знаю, что тебе сказать.
– Господи Иисусе, – цедит Джордж сквозь зубы. – Чего ты от меня хочешь? Мне зайти?
– Как хочешь. Я давала тебе ключи от нового замка, так что теперь у тебя есть доступ к обеим квартирам. Тебе бы взглянуть и сделать фото в качестве доказательств. Надо было сделать их самой, но я не могла остаться там ни на минуту дольше. Мне надо было уйти оттуда. Я поеду домой, Джордж, и больше не вернусь. – Мысль о том, чтобы снова зайти в тринадцатую квартиру заставила меня содрогнуться. – Я не могу вернуться туда. Не после того, как…
– Я тебя не виню. Может, ты не лучший сменщик в закусочной, но была неплохим арендатором. Надо оформить все официально. Я дам тебе месяц на то, чтобы забрать свои вещи. И не волнуйся за арендную плату, после всего, что случилось… Мне жаль, что все так вышло.
– Если тебе и правда жаль и ты хочешь помочь, сделай для меня кое-что.
На том конце трубки повисла пауза.
– Что именно, Линда?
Он осторожничает: может, он решил, что я попрошу его дать мне контакты головореза, который найдет преступника? Какой абсурд – но у Джорджа и правда есть мутные дружки, которые тоже сидели. По ночам они играют в карты на заднем дворе закусочной, поедают пироги и картошку. Маркусу понравилась бы такая компания, хотя все закончилось бы тем, что он, пользуясь своим превосходством, начал бы ими помыкать. Он не смог бы сдержаться.
– Как зовут арендатора из двенадцатой квартиры?
– Это конфиденциальная информация, – отрезал Джордж так, словно он – столп общества и законности, – и у меня могут быть неприятности, если скажу.
Теперь моя очередь тяжело вздохнуть. Он все расскажет, но сначала поартачится. Меня это устраивает. Пусть думает, что он руководит ситуацией. Неужели все мужчины такие?
– Это мужчина или женщина? Твой арендатор. Это ты можешь мне сказать, – настаиваю я.
– Какой-то мужик, – фыркает Джордж так, словно женщина не может жить в таком свинарнике, как его квартира, хотя
– Как он выглядит?
– Выглядит? Откуда мне знать? У меня нет на такое времени. Он заехал по рекомендации друзей от друзей. Просто захотел на время здесь поселиться.
Интересно, я спятила, когда согласилась поселиться у Джорджа, зная, как он ведет дела? Кто жил рядом со мной все это время? Наркобарон или педофил?
– Имя, Джордж, ты должен был его узнать.
– Погоди минуту, – ворчит он и отходит от телефона. Я слышу шуршание листов на заднем фоне и шипение горячего жира на сковородах, напоминающее мне о том, что моя смена должна начаться через час. От этой мысли меня тошнит.
