Виктор сочувственно посмотрел на неё – он знал, что она сражается не ради самой Игры или славы, но ради денег, ибо муж её пил, дети требовали еды, а в голову ничего лучше не приходило. Её крупное тело скрывало в себе немалую силу, но она быстро выдыхалась и не имела той скорости, что отличала Алкиону, в работе на ногах он также сильно уступала. Никто не смог бы назвать её красавицей, не смотря на мягкие каштановые волосы до плеч, теперь же её лицо выглядело обречённым.
Её слова были верны – бой был не равным. Виктор понимал, почему Сатир принял такое решение. С одной стороны, он хотел показать Афинию и его гостям красивый поединок с высоким уровнем мастерства, но, с другой стороны, ему ни к чему было рисковать Алкионой перед большими играми, когда её цена может подняться намного выше. Решение очевидно – выставить против неё проходного соперника. У Фалестры нет почти никаких шансов против Волчонка, танцующего с мечом, к тому же, она была ранена в прошлой схватке. К сожалению, этот бой пройдёт без помилования, но такова уж суть Игры.
– Я всегда относилась к тебе как к сестре и не имею ничего против тебя лично. Сделаю то, что необходимо, лишь ради нашего долга, – сказала Алкиона, поднявшись.
– Спасибо, я тоже тебя люблю, – Фалестра коснулась её плеча.
Они обе были облачены в снаряжение провокаторов – высокая поножа на левой ноге, правая рука защищена стёганым наручем, металлическая пластина на груди в форме полумесяца. Прямоугольные щиты, впрочем, имели разный рисунок – у Фалестры с гроздью винограда, а у Алкионы с волком, задирающим голову вверх. Виктор проверил остроту их гладиусов, и они направились в атриум.
– Вот и они! Прекрасные бойцы нашего дорогого Сатира! – радостно воскликнул хозяин дома. – Ты должен быть доволен, Полидевк.
Женщины вышли на свободное пространство и встали рядом, чтобы зрители могли как следует рассмотреть их. Шлемы они держали в руках, а щиты поставили на пол, прислонив к бедру. Места для боя было не так много, к тому же, мешал и неглубокий бассейн в центре. Из-за того, что пол был выстелен камнем, они выступали не босыми, но в кожаных сандалиях с высокой шнуровкой.
– Это же Алкиона. Я видел её прошлый бой, – сказал Корвин. – Кажется, она обучалась у знаменитого Деметрия. Это правда?
– Верно, – кивнул ланиста. – Вы увидите, что она многому научилась.
– Провокатор против провокатора – интересный выбор. Это позволит оценить чистое мастерство бойца, ибо снаряжение одинаковое, – почесал бородку Гиппарх, который неплохо, как выяснилось, разбирался в Игре. – Такой бой обычно бывает быстрым.
Виктор занял позицию чуть сбоку от женщин, и они приготовились, надев закрытые шлемы с фасеточными глазницами. Чтобы различать их, у Алкионы были зелёные кисточки, а у Фалестры – красные, такого же цвета повязки они закрепили и на предплечьях.
– Начинайте! – хлопнул в ладоши Афиний.
Обе мгновенно сформировали защитные позиции, укрывшись за щитами от подбородков до поножей. Алкиона атаковала первой, сразу захватив инициативу в бою. Она приближалась, прощупывая ногой дистанцию, словно пол под ней был горячим. Сократ, друг Корвина, и мальчишка начали подбадривать их весёлыми возгласами, остальные пока молчали, ибо лишь плебсу было прилично выражать свои чувства столь явно.
Виктор видел, что камень под ногой чувствуется иначе, чем песок, – на него можно лучше опираться и двигаться несколько быстрее. Он заметил и разницу в настроении противниц. Фалестра сражалась за выживание, напоминая скорее оленя, которому вцепились в холку. Алкиона уже отринула все чувства и привязанности, в ней остался лишь хищный инстинкт преследователя. Она умела быстро настраивать себя, будто за пределами Игры не было уже ничего.
«Как истинный оборотень, – подумал старый гладиатор. – Пусть она уже переросла своё старое прозвище, но для меня всё ещё остаётся Волчонком».
Алкиона приблизилась вплотную, она начала делать стремительные выпады, прощупывая противницу. Лёгкие и быстрые, без вложения силы, они были едва уловимы, и её соперница даже не пыталась их блокировать. Острие меча барабанило по шлему и щиту, выбивая грозный и губительный ритм. Наконец, Фалестра ответила ударом, растянувшись на мгновение, но быстрый контрвыпад Волчонка проскочил у неё под рукой, и клинок поразил бок.
– Есть попадание! Видели?! Быстро, но можно было заметить! – крикнул Афиний, считавший себя большим знатоком Игры.
Виктор не был основным тренером Алкионы в лудусе, так как его манера боя подходила больше тяжёлым бойцам, но он часто наблюдал за её тренировками. Говорили, что для Деметрия бой был жестоким танцем, и в её движениях чувствовался этот стиль. Наблюдая её снова, он убеждался, что ей суждено стать великим бойцом.
