Она поверила. Не сразу, но поверила. «Ты как Алиса Селезнева, гостья из будущего, да? В смысле гость… На машине времени приехал?» Я ей тоже телефон показал. И фотки в телефоне показал. Говорю же мать — свой парень! Фоток у меня, правда, семейных совсем не много. Но дед, ещё живой, в смысле ее папа, который сейчас живой. И дедушка Вася, ее дед. Который умер, когда она на первом курсе училась. Тоже фотография для «Бессмертного полка». Сама мать, хоть и старше, но она у меня хорошо сохранилась, узнаваемая. Ее до сих пор в будущем за мою старшую сестру иногда принимают. Или жену… Повезло, в общем. Мало ли, может, не будь она отличницей, фантазеркой и студенткой технического вуза, может милицию вызвала бы. Сказала бы, что я японский шпион. А так поверила.
— Одного я только не могу понять — выдала мать — при чем здесь все-таки Сашка Лавров? Я же за другим Сашкой замужем, за Стрельченко?!
Вот тут у меня вся эйфория пропала, и нахлынула волна страха.
— Не знаю, — вздохнул я. — Я не знаю, как я до сих пор в воздухе не растворился. — А что у Лаврова и у меня совсем нет шансов?
— Не знаю, — почему-то не возмутилась, а тоже вздохнула мама.
— А может, я ваш со Стрельченко сын? Может, я не из будущего, а из параллельной вселенной? Я про такое тоже читал.
Как все сложно то!
Нам удалось спокойно поговорить, потому что Сашка Стрельченко проспал первые две пары. Это у него вообще, оказалось, тенденция. И на большом перерыве мы с мамой Таней сидели на лавочке в студенческом парке недалеко от кафедры физкультуры, которая была следующими двумя парами. Вокруг росли огромные старые деревья, а не молодые, как в моем «сейчас». Еще не были построены бассейн и 8-й корпус, вместо спортзала и тренажерки. Еще работал тир в подвале 4-го корпуса, а за самим корпусом располагалось кладбище старой техники… а на его первом этаже, в блинной, пекли вкуснющие блинчики с разными начинками (но почему-то на всех остальных этажах воняло тушеной капустой). С высоких деревьев, кружась, падали разноцветные листья, и уже попахивало осенью и немного грибами…
Вечером все смешалось в доме Лавровых. Сначала раздался непрерывный пронзительный телефонный звонок. Папа и прадед поговорили по телефону по-очереди, потом папа козликом скакал в квартире вопя: «Урра! Родители приезжают!» Впечатлился и я. Но немого по другому поводу. Бабушка Лиза. Как она меня воспримет? За деда я не переживал — думаю, и с более молодым дедом я найду общий язык. Всегда находил.
Ну, в общем, на первый взгляд, зря я испугался. Во-первых, бабушка с незнакомыми людьми старалась вести себя прилично (хотя бы первое время, и, если они не продавцы на рынке или в магазине — тут по-разному могло быть). А, во-вторых, еще был жив не только мой дед, но и прадед. И с моим папой, и со своим папой она давно не виделась. Так что сразу меня не выгнали. И даже продолжили кормить. И вообще, все было хорошо.
Утром они приехали. Раздали подарки, выяснили, кто я. Их, молодых, тоже прикольно было наблюдать. Загорелые, счастливые. Мы их праздничным обедом встретили.
Но, буквально, на следующий вечер, я услышал знакомое шипение: «Наш дед с ума сошел!» Меня аж передернуло. В моем времени эта фраза постоянно летела в моего деда Вову — умничку профессора, ученого интеллигента — пока он был жив. После его смерти она, естественно, от этих своих слов отказывалась. Оказывается, в этот раз, она про прадеда. Курит он много. Тут, она, конечно права. Я сам не курю, и другим не советую. Но мозги по этому поводу «делать» никому не буду. Личное дело каждого. Так ведь прадед намного старше ее! Войну прошел. Великую Отечественную. Они там все курили… у Высоцкого песня даже есть:
А на следующее утро, не постеснявшись меня (наверное, привыкла) устроила ему настоящий разнос с криками и рыданиями: «Ты мне всю жизнь испортил!». И, кажется, вовсе не за курево.
В общем, неуютно мне как-то стало. Прям очень. Ну вот как в моем времени с ней вместе в одной машине, когда она папу за курево гномит (правильно в общем гномит-то, но в тот момент прадедушку и папу жалко). Интересно, почему она такая? Дед же классный! Тайна прям какая-то, чем же он ей жизнь испортил? Может быть, поэтому?.. — Она же бабушка мне! Я же ее любить должен!
Но в целом, поскольку я был морально подготовлен, все было не так уж и страшно, даже скорее меньше эксцессов было, чем всегда.
До тех пор, пока я невольно не подслушал (как всегда, бабушка не сильно-то и конспирировалась) очередной скандал, который она устроила прадеду в кухне по поводу меня. Оказывается, в том, что я здесь живу, тоже он виноват. Принимает тут всяких бедных родственников. Родственников из деревни. Нахлебников, и так далее.
