Разоблачение не заставило себя долго ждать. Ну и ладно. Краснеть и смущаться я всё равно больше не умею. Это удел людей, которых переполняют эмоции, а я пуста. Чувствую себя жалким высохшим изюмом среди грозди спелого винограда высшего сорта.
Пользуясь тем, что поварихи ещё нет, я специально медленно настраиваю кофемашину, чтобы послушать, о чём они говорят. И это не банальное любопытство. Незнание делает человека уязвимее, а в моём случае — это смерти подобно.
Никогда не умела варить кофе, постоянно путая соотношение воды и зёрен. В прошлом именно Брайан приобщил меня к этому напитку, но делал его всегда сам или угощал им в кафе. Представляю, какой сюрприз ждёт его благоверную. Почему я уже её терпеть не могу, хотя ничего о ней не знаю?
— Тогда загляни сегодня на автомойку. Пусть салон хорошенько почистят, чтобы я могла спокойно ездить с тобой, не боясь что-нибудь подцепить.
Ставлю на поднос их напитки и с обворожительной улыбкой подхожу к столу, стараясь гнать поганой метлой мысль о том, как сильно меня задевает молчание Брайана в ответ на её просьбу.
— Tu café, perra
— Брай, я тут скачала одно приложение. Пусть Мария использует его, когда что-то говорит мне.
— Думаю, не стоит, — Кроу отвечает ей, а сам бросает на меня предупреждающий взгляд. — Ты хочешь, чтобы она проводила с нами ещё больше времени, пока будет проговаривать по одной фразе?
Девушка удовлетворённо улыбается, услышав, по-видимому, то, что хотела услышать, и принимается за омлет, приготовленный тоже мной. Он специально колет меня словами? Ставлю его кофе перед ним и, пожелав приятного аппетита, разворачиваюсь в сторону кухни. Когда он попёрхивается моим шедевральным напитком, аж легче на душе становится.
— Han pasado tantos años, y no has aprendido cosas elementales!
— Vete al infierno
— О чём вы говорите? — Ханна настороженно интересуется, откладывая вилку.
Я снова занимаю пункт наблюдения возле микроволновки, делая вид, что протираю столовые приборы.
— Я попросил сделать ещё кофе, и она ответила: «Непременно, мой господин». Наверное, прошлый опыт работы оставил свой отпечаток, — усмехнувшись, Брайан встаёт и быстро целует её в губы, в очередной раз вставляя нож в моё сердце. Судя по всему, он собирается уходить.
— Эй, ты куда? Ты же попросил кофе!
А она не так глупа.
— Скажи ей, чтобы принесла в мой кабинет.
Пока я усердно полирую столешницу тряпкой, Ханна подходит ко мне.
— Эй. —
Приветливо улыбаюсь ей в ожидании дальнейшего содержательного диалога.
— Кофе, — показывает пальцем на чашку, — нести туда, — указательным и средним пальцем имитирует шаг в сторону кабинета Брайана.
— Окей, — соединяю большой и указательный пальцы в кольцо, показывая, что понимаю её.
А это забавно. Пожалуй, даже немного поиздеваюсь над ней, чтобы с пользой скоротать своё пребывание в этой роскошной тюрьме.
Одному Богу известно, чего мне стоит изображать из себя Мисс Любезность, когда изнутри меня разрывает от разочарования. Вчера я долго размышляла над событиями, которые сыплются на меня, как из рога изобилия, и пришла к неутешительному выводу: как бы я ни старалась, за эти годы чувства к Брайану ни капли не притупились. Скорее наоборот: они ещё больше обострились при виде такой идиллии в его личной жизни. Но этот факт всё равно не имеет, ровным счётом, никакого значения ни для меня, ни тем более для него. Он давно живёт другой жизнью, вертится среди уголовников, что до сих пор не поддаётся никакому осмыслению. И самую главную причину я оставила напоследок: Ханна. О том, что он не одинок, я даже не помышляла. И зря. Так, я хотя бы была готова к тому, что меня ждёт и наотрез отказалась бы ехать с Брайаном.
Интересно, она любит его? Хочется верить, что да. А он её? Хочется верить, что нет.
