Эффект Грэхема полностью

– Мы путешествовали, моя жена Хелен и наш сын Стивен, и однажды отправились в те края, которые первыми приходят на ум, когда жаждешь исключительных звуковых впечатлений. К Северной Атлантике. С каким восторгом мы слушали радостные возгласы китов на реке Святого Лаврентия и пронзительные крики морских птиц. Малышу Стиву особенно понравилась симфония северных бакланов. По несколько часов мы подражали их гортанному вибрато, которое разносится над морем, пока они рассекают воздух в поисках корма. И это только бакланы! Ничто не может подготовить карапуза к громкости звуков, издаваемых тысячами морских птиц, прилетевших поживиться ужином. А теперь… позвольте пригласить туда вас.

– А чем тебе обычная музыка не нравится? – спрашивает Райдер. – Только честно.

Я в ответ показываю средний палец.

Мы выезжаем из кампуса, оставив Брайар позади, и направляемся к федеральной автостраде. Остановившись на красный у светофора, замечаю, как хмурится Райдер, читая что-то на экране телефона.

– Все нормально? – спрашиваю я.

Он отправляет сообщение и кладет телефон себе на бедро.

– Да, нормально. Просто новости насчет генерального менеджера «Далласа». Он, я так чувствую, не в восторге от результатов «Брайара» в этом сезоне. Хотя он сказал Оуэну, что ему понравилось, как я забил гол.

– Оуэну?

– Маккею, – откликается Райдер. – Это тот парень из профессиональной команды, о котором я тебе говорил.

У меня буквально отваливается челюсть. Я даже отрываю взгляд от лобового стекла и таращусь на Райдера.

– Ты серьезно? Ты меня терроризировал из-за знаменитого отца и его знаменитых друзей, а у самого в приятелях Оуэн Маккей? – Сегодня Маккей – один из самых горячих игроков в НХЛ. – И кто теперь водит дружбу с суперзвездами? Ты нас познакомишь?

Он щурится.

– Серьезно. Я большая фанатка Оуэна Маккея. Как вы с ним вообще познакомились?

– Мы вместе росли в Финиксе. – Он отводит взгляд, уставившись в окно.

– Вот это круто. Слушай. Спросил бы ты его, не пожертвует ли он что-нибудь для аукциона. Джерси с его подписью! Мы бы его в рамочку вставили.

Райдер пожимает плечами.

– Думаю, это можно устроить.

– Я напишу Уитни, расскажу ей. Серьезно, этот лот всех наповал сразит.

Тридцать минут спустя я подъезжаю к знакомому месту и, следуя красочным знакам на парковке, выбираю, где припарковаться.

Райдер покорно вздыхает.

– Сад с бабочками?

С сияющим видом киваю.

Он снова вздыхает.

– Если бы я тебе сказала, ты бы не поехал.

– Понятное дело. Я-то думал, нас здесь ждет что-то покруче.

– Что может быть круче бабочек?

– Ты шутишь, да? – Он пристально рассматривает меня. – Никак не могу понять, серьезно ты говоришь или нет.

– Серьезнее некуда. Это мое любимое место во всем городе.

Я выключаю двигатель, и «Горизонты» смолкают. Мы выбираемся из машины (Райдер – с заметной неохотой). Рядом с основным зданием примостился маленький киоск, где продают билеты, но я машу Райдеру, чтобы он шел дальше, а сама тянусь к кошельку.

– Билеты нам не понадобятся. У меня членская карточка. А тебе повезло – благодаря ежегодному членскому взносу я могу каждый раз приводить с собой по одному гостю.

– У тебя ежегодный членский билет в сады с бабочками?

– Я же говорила, это мое любимое место. Я все время сюда прихожу.

У входа предъявляю членский билет, и мы проходим в зимний сад, шесть тысяч квадратных футов[44] рая. Мое лицо тут же расплывается в улыбке, и я принимаюсь вертеть головой. Вокруг – тропики и бабочки. Изумительные цвета. От мерцающей пастели к переливчатым синим тонам со всполохами коричневого, желтого и красного. Потрясающее зрелище. Однажды я приводила сюда Мию, и, по ее словам, ощущения здесь такие, будто ты оказался внутри самой радуги. Надеюсь, она хотела сделать этому месту комплимент.

– Честно говоря, примерно так я представляю себе рай, – признаюсь Райдеру. В этом саду я чувствую себя такой счастливой, что даже походка становится легкой, пружинистой. – Ты только посмотри. Разве ты когда-нибудь видел такую красоту?

Мельком смотрю на него и тут же застываю. Взгляд его бесконечно синих глаз прикован к моему лицу.

– Что? – смущенно спрашиваю я.

Он прочищает горло.

– Ничего. Ты права, здесь приятно.

Я хватаю его за руку и тяну вперед.

– Пойдем.