Я была понемногу от всех друзей. Моя самая главная ошибка была приехать в этот чертов город. Да, как я и говорила, люди туту безусловно добрые. Прежде чем тебя убить, они обязательно попросят прощение, потому что, не по-людски это будет. Я ненавижу этот город. Я должна ненавидеть Флориду, за то, что он забрал у меня родителей, а если логичнее, я должна ненавидеть Альпы, но так уж вышло, что я ненавижу все вместе взятое и себя. Я безмозглая и мокрая курица, раз дала слабину и позволила просмотреть тот момент, когда Киллиан у самого носа своей матери увел мою сестру, хотя, это был не он, тогда кто? Кто мог это сделать!? Кто мог вот так вот просто это сделать. Охрана у них нереальная, даже муха не проскочит, так кто же тогда? Кто-то из своих? Сама Меара? Я схожу с ума! Я уже просто еду по своим же катушкам на самое дно. Я не представляю, зачем ему это все.
- О чем ты так думаешь? – Меня прервал Клод, я хмыкнула, смотря на время. Еще два часа езды, на заднем сидении спящая Кристина, мой телефон разрывается от звонков Розалины и Меары с Генри, мы едем на бешенной скорости и шанс попасть в ДТП один к девяносто девяти, о чем я думаю? О пони. Все всегда думают о пони.
- Что будет дальше, наверное, - я смотрю на друга и замечаю на его лице еле заметную улыбку. Он очень устал. И я винила себя в этом. Он устал из-за меня. Это так.
- Все будет хорошо, мы поможем, выбраться тебе из города. – сначала на моем лице проскочила нотка волнения и в лице Клода я увидела гримасу удивления.
- Только не говори, что ты собиралась остаться.
- Нет, не собиралась, - успокаиваю его и сама нервно выдыхаю. – Но, я не хотела бы ехать обратно во Флориду. Наверное, на полученные деньги, я куплю нам большой дом на колесах и мы будем разъезжать с Бони по миру, месяц там, месяц еще где-то, я выучу языки. Я знаю не только мой родной, я знаю еще три, я с легкостью выучу еще много, кроме китайского конечно. И японского.
- Какие языки ты знаешь?
- Русский, и два мертвых – латынь и древнегреческий, но разве об этом речь?
На самом же деле, я хотела, чтобы речь шла об этом. Я хотела этого, потому что только так я чувствовала себя хоть немного лучше. Немного забывала, о том, куда мы едем и сколько мне осталось жить. Никто еще не знает, что это наша последняя встреча. Розали… и Бон. Бедные мои девочки, я буду всю жизнь с ними, как бы то ни было.
- Скажи что-то. Например на латыне, скажешь? – Его глаза загорелись, я хотела улыбнутся, но сдержалась. Я кивнула головой и подыскивала в уме подходящее предложение. Что я хочу ему сказать?
- Quod suus 'okay, ut elegit, mori? (Что страшного в том, что я выбрала смерть? & Это нормально, что она решила умереть.)
- И что это значит?
- «Что ты предпочитаешь есть на завтрак?» - Вру я. под ложечкой неприятно колит. Клод ахнул, а мне хотелось выть, потому что мой зверь рвал меня изнутри. Прости меня, я не хочу этого.
- А теперь древнегреческий.
- Πρέπει να σας πω τα πάντα, αλλά μπορώ μόνο να σας χαμογελώ τώρα και να πω κάτι που δεν καταλαβαίνετε – (Я должна тебе все рассказать, но сейчас я могу только улыбаться и говорить то, что ты не понимаешь). -Я улыбнулась ему. – Я сказала тебе «У тебя очень красивые глаза и выразительный лоб».
- А как сказать спасибо по гречески?
- Σας ευχαριστώ (Спасибо)
- Саси харипсто, - Клод начинает громко смеяться, и я понимаю, что теперь этого никогда не услышу. Я отворачиваюсь к окну и говорю уже по-русски: «Потом кто-то будет плакать», но он уже этого не слышит. Я выдыхаю и продолжаю смотреть в окно. деревья быстро появляются и исчезают. Из-за тьмы и быстрого движения они быстро мелькают и кажутся будто дементорами, которые вот-вот высосут из меня радость, которой, кстати, у меня и нет, так что я выплюну остатки им в лицо и посмеюсь какого они афигеют от проделанного мною трюка. А если быть серьезной, то я хотела наконец уснуть и забыть, что когда-то такое случалось со мной - встреча с Киллианом.
Глава 35 "Клод"
Наверное, я всегда хвалился тем, что между мной и Киллианом особая связь, мы могли часами пить пиво и разговаривать на любую тему, пока не пришла она. Даже с появлением Ширы в его жизни не изменило ничего, мы все так же шлялись по клубам, барам, нам не нужен был никто. Ни Скотт, который пытался скрыть свои чувства к этой красотке Розали, ни Норман, который трахает все что движется и не движется. Но вот появляется она, на пороге его дома и мы начинаем все ненавидеть ее, из-за рассказов Киллиана.
Я стал замечать в его характере изменения. Он стал странным. Девушки его не интересовали, секс тоже. Ни выпивка, ни что-то еще. Его интересовала собственная месть, которую он всею душой жаждал. Хотя, мне казалось, он жаждал далеко не этого и далеко не душою, поэтому и злился на себя.
