Энтузиазма в голосе Новоселова Иван не уловил.
– Незадолго до происшествия Тарасов уволил няньку своей дочери, проработавшую у него много лет. Выплатил солидное выходное пособие. Есть подозрение, что нянька решила отомстить…
– Вань, ну что ты городишь! Нянька наняла киллера! Старушка Арина Родионовна в старомодном ветхом шушуне вышла на большую дорогу…
Прекраснодушие Новоселова могло объясняться только одним – человек, подозреваемый в покушении на Тарасова, задержан.
– Ну и кто? – спросил Иван, прерывая ёрничество Новоселова.
– Ты же понимаешь, что я не могу этого сказать.
– А по старой дружбе?
– Ни по старой, ни по новой. Тайна следствия.
– А оружие по пулегильзотеке пробили?
– Ты думаешь, это так быстро? Если повезет, через неделю получим заключение.
– Ладно, и на том спасибо.
– На здоровье, Ваня, на здоровье. Если что еще понадобится – звони.
«Ничего, – подумал Иван, – наверняка Тарасову ты скажешь больше, чем мне».
Он посмотрел на часы – до совещания в офисе «Кайроса» оставалось еще два часа. Вполне можно успеть съездить в больницу и попытаться узнать у Тарасова, что ему известно.
Тарасова Иван застал в отличном настроении – тот общался с женой и дочкой. И, судя по счастливому выражению лица, получал от этого общения огромное удовольствие.
Дочка сидела на кровати рядом с отцом, крепко вцепившись в его руку, жена устроилась на стуле с противоположной стороны. При виде Рыбака она встала:
– Мы пойдем погуляем, а потом еще зайдем, хорошо?
Во взгляде Тарасова промелькнуло сожаление.
– Конечно.
Жена наклонилась и поцеловала его в щеку. Дочка – в другую. Рыбак почувствовал укол зависти. Ему очень хотелось сейчас оказаться на месте Тарасова. Вот только целовать его было некому. Ребенка он не удосужился завести, а Ася, единственная кандидатура на роль супруги, похоже, решила от этой роли отказаться.
Дождавшись, когда посетительницы выйдут из палаты, Иван пересказал Тарасову разговор с Новоселовым.
– Ерунда какая-то, – нахмурился Тарасов. – Если я правильно понял, они подозревают Руслана Ларина. Якобы какая-то экспертиза это подтверждает. Но я почему-то склонен не доверять ни выводам полиции, ни результатам экспертизы. Я не очень хорошо знаю Ларина, но он производит впечатление человека вполне адекватного. К тому же у него четверо детей. Одно это должно удерживать человека от импульсивных поступков.
У Рыбака насчет последней мысли были свои соображения, но перечить Тарасову он не стал. Однако, слушая рассказ Прохора о его взаимоотношениях с Лариным, Иван все больше и больше сомневался в причастности того к покушению на Тарасова.
– Я попросил своего адвоката, – закончил рассказ Тарасов, – организовать защиту Ларина. И Молчанов обещал подключиться, если понадобится какая-нибудь информация. Надеюсь, вы поможете, если что?
– Если что – разумеется, – подтвердил Иван.
Рыбак прибыл в офис «Кайроса» за две минуты до начала совещания. Аси еще не было, все остальные – Кристина, Тимур и Федор, сидели на своих местах.
– Где Ася? – спросила Кристина, и тут колокольчик на двери звякнул.
Иван обернулся. На пороге стояла Ася, слегка запыхавшаяся и порозовевшая от быстрой ходьбы. Нарядная, в сапогах на каблуках – без сомнения, явилась прямиком со свидания.
– Опаздываем, Асечка! – с улыбкой заявил Федор.
– Доброе утро! Извините, пожалуйста! Я была в полиции.
– Как в полиции? Зачем? – спросил Тимур, помогая Асе снять пальто.
– Представляете, они подозревают Ладу! Думают, что это она стреляла.
– А она не стреляла? – Тимур жестом предложил Асе занять место у Кристининого стола.
– Нет, конечно! Она не станет в мужа стрелять, она его любит.
– Любовь – это не алиби. Я могу привести миллион примеров, когда именно любовь толкает человека на убийство, – заметил Рыбак, садясь рядом с Асей.
– Ася, ты не должна была идти в полицию, не обсудив это с нами. Мы же команда, – сказала Кристина. – У нас есть определенные обязательства перед заказчиком…
– Да они ничего не спрашивали про заказчика, только про Ладу.
– И что спрашивали? – Тимур подвинул стул так, чтобы видеть Асины глаза.
– Сначала сказали, что я могу не свидетельствовать против себя…
– Вот видишь – против себя! То есть в глазах полиции ты вполне могла быть исполнителем. – Ася попыталась что-то возразить, но Тимур продолжал, не обращая внимания на ее протестующие жесты: – В семье ты недавно. Может быть, Лада специально взяла тебя на работу, чтобы убить мужа. Дала денег, и ты полезла на крышу.
И тут Ася сказала фразу, которой ни Иван, ни Кристина, ни Молчанов от нее не ожидали:
– А какой у нее для этого был мотив?
– Мотив, говоришь? – Молчанов на мгновенье задумался. – Например, он ей изменял.
– И что, обязательно убивать? – вступилась за подругу Кристина.
– Конечно, если хочешь, чтобы бизнес мужа отошел к тебе.
– Но ведь, если бы доказали ее причастность, она получила бы не деньги, а срок, – парировала Ася.
– А так останется с алиментами, которые наверняка не покроют ее запросов. Видел я ее платье. Стоит как две мои машины, – заметил Рыбак.
– У нее есть собственный бизнес, – уклончиво ответила Ася.
