Ведь то положение, в котором он оказался, было подобно последнему вздоху перед смертью. С одной стороны, на него давил король лич, с другой стороны, появившийся незнамо откуда аватар Ардалгора. И самое, что печальное, пускай у Тристана и была некая свобода, но он был скован этим подземельем и за его пределы он выходить не мог.
Младшая нежить могла выходить по его приказу вовне и даже исполнять его приказы или передавать разведданные. Но на этом всё. И больше всего мечтал Тристан о том, чтобы сбросить с себя ярмо проклятия, наложенного Ардалгором. Убраться бы подальше от короля лича, никогда его больше не видеть и продолжить уже свои изыскания.
Он верил, что однажды сможет стать живым. И для этого он был готов на всё.
Тристан умел манипулировать, лгать, подчинять своей воле, совсем как человек, а ещё он не нуждался во сне. И когда Ардалгор в теле Дерека Трувора ушёл из подземелий, он неустанно, всю ночь напролет и весь день, думал, как обвести вокруг пальца этого сопляка, возомнившего, что он достоин, как и прежде, называться драконом.
Пока размышлял, он находился в условном месте и строил планы, как именно он сможет повлиять на человеческого детёныша и подчинить его своей воле, заставив служить и исполнять свою волю.
Когда Дерек Трувор появился в подземелье, Тристан сразу это почувствовал и был во всеоружии: готов применять самые низкие дипломатические приемы и обманные трюки. Но лич тут же почуял нечто неладное.
Я шагал по тоннелю, гордо выпрямив спину. Я, конечно, мало походил на дракона, но походка и стать вполне были царские. Тристан ждал в условленном месте и явно растерялся, увидев, что за моей спиной маршируют десять бойцов Золотого эльфийского воинства.
Стоило золотым эльфам услышать о нежити, они первым делом сказали, что будут уничтожать личей. Но я пообещал, что смогу убедить личей принести хоть какую-то пользу.
Всё-таки Тристан оказался любопытным личем. Закончив с Золотыми эльфами, я имел долгую беседу с Эльвинель, которая покаялась мне во многом, а главное рассказала о моих взаимоотношениях с Тристаном и о том, что, как ни странно, с ним-то можно иметь дело. Главное не расслабляться, конечно, и понимать, что он в любой момент, почуяв слабость, атакует. И если иметь это в виду, то вполне можно получить какую-то выгоду от взаимоотношений с ним.
Во всяком случае до тех пор, пока у нас под боком живет целый клубок нежити, пускай и скованный по рукам и ногам, Тристан — это меньшее зло. Даже сотня золотых эльфов не смогли бы победить короля лича, может и смогли бы, но вместе с ним бы и погибли, но меня расклад не устраивает. Я хочу получить максимум пользы из сложившейся ситуации.
— Склони колени, Тристан, — приказал я. — Ибо эти эльфы пришли убить тебя.
Лич стоит отдать ему должное, хоть и отступил на шаг, но повел себя сдержанно. Это, конечно, была ирония, как будто он мог повести себя иначе.
— Но, господин Ардалгор, неужели вы просто так меня убьете? Ведь я столько могу сделать для вас полезного. Я готов служить вам верой и правдой. Готов направить подвластных мне скелетов, на защиту ваших земель, естественно, только ночью. Но они могут и другую делать работу. Я знаю, ваш замок разрушен. Может, мы могли бы сделать что-то для этого?
— Эти золотые эльфы справятся не хуже, — произнес я. — Предложи что-то более выгодное.
Эльфы недовольно переглянулись, но смолчали.
Я настоял на том, что переговоры вести буду только я, и они не будут вмешиваться.
Командир эльфов, перед тем, как дать клятву, все-таки вставил парочку «но», выцыганив у меня нечто вроде эльфийского профсоюза, который хоть и не имеет никакой власти, но может обсуждать некоторые мои непопулярные решения и вносить правки. Спор был долгий, но какую-то крупицу власти эльф смог для себя выцепить. В вопросе с нежитью он настоял на том, что нежить надо уничтожить. Я же лишь значительно отдалил этот срок, пересказав историю Тристана, которую поведала мне Эльвинель.
— Я договорился с этими золотыми эльфами, что если вы принесете пользу, то я не стану вас истреблять, во всяком случае сразу, — добавил я, почуяв упёршийся в спину взгляд. — В противном случае, если ты меня не заинтересуешь, этим десяти эльфам понадобится не так много времени, чтобы полностью вычистить это гнездо смерти, что вы здесь устроили, — заявил я.
— Приказывай, господин! — обдумав, все за и против, произнес Тристан и припал на колено. — Я в твоей власти, готов служить тебе верой и правдой.
— Продолжай, — произнес я.
— Готов отринуть короля лича и служить лишь тебе, но при условии, что ты не будешь заставлять меня вредить делу смерти и вступать в открытое противоборство против короля личей. Готов охранять твои границы по ночам, лично обходить твои земли, если ты прикажешь покинуть эти тоннели, а также работать со скелетами наравне. Всю нежить подконтрольную мне пускать на пользу твоему делу. В ответ лишь прошу небольшое место, вне этих земель, где я мог бы проводить день и работать вне этих подземелий без угрозы растаять под солнечным светом.
