– Понятно, – Лиза не знала, что говорить. Он вдруг поняла, что пришла к Кожевникову просто так, без видимых на то причин. По крайней мере, в голове не было вопросов, ответы на которые ей мог бы дать Кожевников, – давно тут?
– Думаю, на следующей неделе уеду, – отрапортовал Кожевников.
– Слышали про дело Новикова?
– Да.
– Мне кажется, папа бы обязательно нашел убийцу. Ему просто Козырев помешал, а потом все выяснилось…
– Что выяснилось? – напрягся Кожевников.
– Что это Козырев папу подставил. И бомжа, скорее всего, сам убил.
На мгновение у Кожевникова на лице появилось странное выражение лица: то ли восторженное, то ли испуганное.
– А вы что не знали? – нарушил тишину Костя.
– Нет. Откуда?
– Но ведь вы сюда приехали… – начала Лиза. Она уже поняла, что сболтнула лишнего.
– Я отдыхал. Люблю этот район. Море чище и пенсионеров много, – Кожевников говорил так, будто читал заранее выученный текст.
– Простите, Геннадий Викторович, а вы с Козыревом знакомы?
– Слушай, Лиза, я думал, вы пришли поблагодарить меня за то, что я спас вашу знакомую. Так что повторю совет, который давал вам ранее: валите отсюда подобру-поздорову, пока никто не просек, где вы и чем занимаетесь. У тебя, – обратился он лично к Елизавете, – такой длинный нос, что я бы давно его уже отстриг.
Лиза обиделась. Но полковнику решила ничего не говорить: он ей годится в дедушки, старше по званию, да и вообще старым баранам без толку объяснять что-то про чувства подростков.
Дети встали из-за стола и молча пошли обуваться. Кожевников открыл им дверь. Ребята уже почти ушли, как вдруг Костя повернулся и сказал:
– А у вас дети есть?
– Сын.
– Ясно. Всего хорошего.
Кожевников закрыл за Костей и Лизой дверь.
– Я сразу почувствовал, что с этим полковником что-то не то…
Лиза была чернее тучи и даже не посмотрела на Костю. Он продолжил:
– Ты слишком доверчивая иногда бываешь.
Лиза остановилась посреди дороги и закричала:
– Как вы меня все бесите сегодня! Постоянно указываете, какой мне надо быть и какой не надо…
Костя прекрасно понимал, как трудно жить, когда внутри бушуют гормоны, поэтому вместо того, чтобы продолжать спор, спокойно сказал:
– Остынь. Ты поняла, кто сын Кожевникова?
Лиза попыталась напрячь мозги, но её так волновало отношение окружающих к её личности, что в голову не приходила ни одна подходящая мысль. Костя решил ей помочь:
– У Козырева какое отчество?
– Геннадьевич.
Костя выжидательно посмотрел на Лизу, ожидая аплодисментов и рукоплесканий. Вместо комплиментов Лиза сказала:
– С чего ты взял, что он его сын? Стремная теория.
– Сама ты стремная. Не разрешаешь называть себя доверчивой, а меня критикуешь.
– Даже если это его сын, мы можем проверить по базе. Пойдем к Левченко. А то он там уже с ума, наверное, сошел, прочищая желудок.
Когда дети вошли в квартиру, Левченко сидел на кухне и пил воду из трехлитровый банки.
– И ты, Брут? – сказал он Косте.
– Я ни при чем, – улыбнулся Костя, снимая правый кроссовок, – это все она.
– Юра, хватит себя мучить. Никакое снотворное я тебе не подмешивала. Просто решила отвлечь внимание, чтобы из квартиры уйти.
Юра дышал тяжело и медленно, как бык на корриде. Лиза пыталась разрядить обстановку:
– Знаешь, в йоге есть такая крийя. Кунджала, называется. В переводе «крийя тигра». Это когда тигр лишние остатки еды срыгивает. А йоги так желудок чистят, чтобы энергетику повышать. Я тебе хочу сказать, что ты, Юра, молодец. Почистил свою энергетику.
– Ефимова, помолчи. Ты не знаешь, какие я испытания перенес.
– Сейчас я тебе картошку пожарю, и все пройдет. Пусть лучше тебе гений частного сыска расскажет свою невероятную теорию.
Юра непонимающе заморгал. Лиза уточнила:
– Я про Костю говорю.
Через минуту они втроем сидели у монитора и читали досье на Козырева.
– Не сходится! – восторжествовала Лиза, – Козырева воспитывала мать-одиночка.
– Вообще-то, отец у него был в любом случае, – Костя защищал свою гипотезу, – он мог найти его, раз-два, и рассчитаться с ним за прошлое. А Кожевников, опа, все понял и решил начать жизнь заново, поэтому и приехал сюда.
Юра и Лиза молча смотрела на взволнованного друга.
– Подожди, – начал Юра, – зачем тогда Козыреву подставлять отца Лизы?
– Вот, именно, – поддакнула Лиза, – что-то тут не сходится.
Трое помолчали ещё минуту.
– Ладно, – сказала Лиза, – мальчики, вы чистите картошку, а я позвоню папе. Узнаю, как у него дела.
Вскоре Лиза вернулась на кухню:
– Странно, папа трубку не берет.
– На вызове, наверное, – сказал Левченко, с увлечением выковыривая из картошки глазки.
Лиза плюхнулась на диван и, осмотрев ребят с таким видом, будто они ничего важного не делают, сказала:
– План у нас какой?
– Поедим, а там и подумаем.
– Прекрасно. А преступник на свободе разгуливает…
– Какой преступник? – уточнил Юра.
– Вот именно, что я не знаю, какой.
– Лиза, – начал Костя, – мы уже к Кожевникову сходили: как дураки, посидели и ушли. Ничего толкового не узнали. Я это к тому, что тебе тогда тоже хотелось лишь бы что сделать. Давай спокойно посидим: того гляди все само собой решится.
– Согласен, – Левченко чавкал сырым картофелем.
