Я пытался понять принцип жизни в этой терре. Логику, которая управляет этим миром. Ну не верю я в мир. Радугу, которой срут пони и жевачку.
— Аристократические семьи, — начал объяснять Лок, — это те, которые имеют огромные загоны, фермы монстров. Они их выращивают как домашних животных, а когда нужны основы душ — просто убивают. Используют их части для зелий, артефактов, собирают основы.
— И никакой охоты! — воскликнул Ульрих.
— Да, — засмеялся Лок. — Это же просто мечта!
— Это просто мечта, — растягивая слова, повторил Ульрих.
— Аристократы, — продолжил Торс, — богатство определяется уровнем загонов, ферм, количеством тварей, которыми ты обладаешь. Уникальностью, редкостью, силой этих тварей.
— И они послушно дают себя убить? — спросил я.
— Да, — ответил Лок просто.
— Так… — я покачал головой. — Я даже не знаю, нравится мне ваша терра или нет.
Лок улыбнулся, но в его глазах появилось что-то мрачное.
— Марк, за всей этой идиллией, красотой и спокойствием скрывается много всего другого дерьма. Поверь, аристократы убивают друг друга не меньше, чем в тринадцатой или двенадцатой терре. Предают, насилуют. Здесь не меньше убийств из-за чести. Здесь не меньше попыток ограбить друг друга. Логика та же, может быть, оформление другое.
Он сделал паузу, и в его голосе появились жёсткие нотки:
— Каждый род тратит все свои ресурсы на охрану своих загонов и ферм. Потому что любой другой может прийти и украсть, и стать сильнее, а потом просто поглотить этот род. Понимаешь?
Я кивнул. Логика была железная.
— Патриарх держится, знаешь, на чём? — продолжил Лок. — На том, что нужно иметь очень много детей. Ты, видимо, меня не слушал раньше. Я десятый по счёту был. Десятый, и не последний. У моего отца было шестнадцать детей. А знаешь, по какой причине?
— По какой? — спросил я, хотя уже догадывался.
— Потому что многих убивали. — Лок сжал кулаки. — Поверь, когда случается битва родов, наши аристократы выдыхают с облегчением. Потому что она — ничто по сравнению с обычной жизнью. Она наполнена интригами, разборками, убийствами, бесконечными дуэлями, походами, захватами и всем остальным.
Картина становилась яснее. Этот мир казался безопасным снаружи, но имел другие опасности. Они были просто другими — более изощрёнными, более жестокими.
— А что, обычные маги не объединяются? — спросил я. — Не идут громить аристократов?
Лок засмеялся.
— Наши монстры очень послушные, — ответил Торс. — Вот и представь: пришло тысяча магов напасть на какой-то аристократический род. А у этого рода две тысячи монстров. И они приказали им убить этих магов. И такое случалось десятки, если не сотни раз.
— Ты думаешь, власть, деньги, влияние никто не хочет? — добавил Лок. — Хотят. И они убивали этих магов. Род забирал кристаллы душ и становился ещё сильнее, ещё богаче. Поверь, аристократы только и ждут, чтобы на них кто-то напал. Особенно не другой род, а простой люд, простые маги.
— Но даже здесь, — продолжил Торс, — обычный маг, который живёт постоянно рядом с монстрами, намного сильнее, чем патриарх тринадцатой терры, где мы были. Его хватило бы одного щелчка пальцев, чтобы того размазать.
Я присвистнул. Масштабы становились понятны.
— А теперь представь, — улыбнулся Лок, — какова мощь аристократических родов. Какая сила у патриарха.
Он посмотрел на меня внимательно, оценивающе.
— Марк, я видел тебя, твою силу. Она неописуема. Но я скажу тебе честно — ты не сможешь ничего сделать патриарху здесь.
Я ухмыльнулся. Хотя, чем Оркан не шутит…
— А я пока не собираюсь. У меня другие цели.
Лок посмотрел на меня и неожиданно опустился на одно колено.
— Я понимаю, что это нагло, — сказал он, глядя мне в глаза. — Но я готов стать твоим рабом. Если ты поможешь уничтожить род Биар. Уничтожить всех. Уничтожить само упоминание этого рода в этой терре.
— Так, подожди, — остановил я его. — Поговорим об этой теме позже.
Лок поднялся, кивнул.
Я отвернулся, осматривая окружающий мир. Снова поражаясь его красоте и спокойствию. Но теперь я знал правду. Внешне идеальный мир, с красивой зеленью, цветами, прохладными ручьями, кажущейся безопасностью. На самом деле здесь творилось всё то же самое. Вся та же грязь. Битва за власть, за ресурсы, за выживание. Только другими средствами и другими способами.
Человеческая природа не менялась. Менялись только условия игры.
Я думал об этом, когда где-то в лесу раздался шум. Треск веток. Звук шагов.
Повернулся в ту сторону.
Из-за деревьев вышла девушка в охотничьей одежде. За ней следовал отряд — человек десять, все вооружены, все настроены серьёзно.
Девушка была высокой, стройной, с тёмными волосами, заплетёнными в косу. Кожаная куртка, штаны, высокие сапоги. Лук за спиной, колчан со стрелами, нож на поясе. Двигалась уверенно, как хищник.
Она остановилась, осматривая нашу группу. Взгляд задержался на Локе и Торсе. Глаза сузились.
— Торстан? Локариус? — произнесла она медленно, и в её голосе слышались удивление и что-то ещё. — Вы осмелились вернуться?
Лок побледнел. Торс напрягся, инстинктивно встал в боевую стойку.
