— Почти так, — ответил Нергал. — У магии нет определенного языка — это универсальный язык для всех. У этой нежити нет прижизненных знаний, как и душ, они — заново сотканные создания из остатков их энергии жизни и моей силы. Когда я создаю их своей энергией, то они клеймятся под меня, не только чтобы подчинялись исключительно мне, но и понимать меня, мой язык. Они могут воспринимать наши слова, отдаваемые команды, конечно, не так эффективно, как когда я отдаю команды через магическое воздействие, при этом способе не имеет значения, на какой язык восприятия была сориентирована та или иная нежить. С призраками все по-другому, как раз-таки призраки это и есть то содержание тела, вот они будут общаться с нами на языке, который знали при жизни, в теории могут, конечно, и выучить другой, но они одержимы и, скорее всего, не будут ни на что отвлекаться от своей цели. Хотя для общения между собой душам в мире духов не нужно знать языки друг друга.
— Я так и думал, — хихикнул гоблин.
— Ты скоро сможешь стать хранителем знаний о некромантии.
— Вот еще, если бы я был магом, это имело бы смысл, а так не вижу цели в этих знаниях.
Три нежити подошли к обрыву, Чагат присоединился к ним. Он указал пальцем в степи, подзывая некроманта. Нергал и Зулур подошли к ним. Они наблюдали, как два человека быстро приближаются к скале предков.
Матис и Тарард преодолели круговую тропу и вышли на вершину.
— Ну наконец. Как вы? — спросил Нергал.
— Мы все сделали учитель, — выговорил запыхавшийся Матис.
Нергал пожал ему руку, хлопнув по плечу. От этого хлопка поднялась пыль от одежды Матиса. Оба они были сильно измазаны пылью вперемешку с застывшем потом.
Матис взял флягу воды и, почти всю ее опустошив, рухнул на шкуры.
— Все получилось? — немного удивленно спросил Зулур у Тарарда.
— А ты сомневался? — рявкнул Тарард.
Охотник присел на камень и тоже принялся осушать флягу с водой.
Тарард стал нервно водить пальцами по губам и переминать пальцы, мечтая о том, чтобы выкурить добрую порцию табака, пусть даже самого плохого качества.
Нергал подошел к Тарарду и спросил:
— Не хочу беспокоить Матиса, кажется, он уснул. Расскажи поподробнее, что вы видели.
Охотник откашлялся и сплюнул:
— Это было нелегко, скажу тебе, некромант. Я смогу потом подержать в руках твою благодарность?
— Не сомневайся.
— Все как мы и условились, — продолжил охотник, — когда орк нам дал примерное место положения ближайших племен, мы отправились с магом травить их. Было совсем нелегко. Все, что было у нас с собой, растеряли, раздери меня, даже свой кинжал я потерял в этих степях.
“Такое чувство, что осталось мне потерять здесь только свою жизнь”, — подумал Тарард.
— Возьми что-нибудь из орочьего оружия, потом сможешь приобрести себе, что захочешь.
Охотник ничего не ответил Нергалу. Полив себе на голову из фляги и обтерев лицо, Тарард остановил свой взор на прикопанных орках.
Он медленно поднялся и пошел в центр руин.
— Здесь труп, — сказал Тарард.
Нергал кивнул.
— И здесь, а еще там, — переходил с места на место охотник. — Очень плохая маскировка, они почти все охотники и следопыты — могут найти твои подарки раньше времени.
— Сможешь исправить? — спросил Нергал.
— Сделаю, что смогу.
В ожидании совета орков, который если и состоится, то должен пройти на Скале предков, некромант советовался со своими союзниками о готовящемся деле.
— Что скажете? — спросил Нергал.
— Смотри, некромант, — встал Тарард и стал ходить из стороны в сторону, — ты хочешь укрыться на вершине и дождаться, когда вожди прибудут сюда, потом запугать или что-то наколдовать, чтобы Чагата сделали верховным вождем. Я, конечно, не знаю порядок действий дикарей, но я тебе так скажу: перед таки мероприятием вся эта скала, скорее всего, будет тщательно осмотрена, и я больше чем уверен — взята под охрану, а мест укрыться здесь нет, это плоскогорье, руины и шпиль. Может среди камней от шпиля мы бы могли укрыться, но если они будут осматривать все вокруг, нас легко найдут.
— А если спрячемся внизу, а когда они прибудут, — высказался Матис, — захватим скалу?
— Ты что, маг? — не согласился Тарард. — По этой узенькой тропке вокруг скалы кого ты собрался штурмовать? Все ваши силы не помогут. Пара лучников на вершине, и мы как на ладони, а на этой тропинке и не развернешься.
— Спроси у Чагата, много свиты у вождей? — обратился к гоблину охотник.
— Я не знаю, но слышал от других, что ступать на эту землю, где мы находимся, могут приглашенные вожди и призванные вождями старейшины и шаманы. Есть еще те, которые подготавливают совет, охраняют его и ступают на эту землю без воли вождей, живут они всегда в племени каргана.
— Сколько же ты уже своих заветов нарушил? — ухмыльнулся гоблин, не переводя Чагату.
— И много есть этих, как они называются, которые могут сюда ходить? — спросил Тарард.
— Их зовут ур-ту́нунгами, — сказал шепотом Чагат. — Не знаю, сколько всего их, но немного, — ответил орк.
— Свита у них будет обязательно, — предположил Нергал.
