За спиной у императрицы послышались смешки, переходящие в хохот. Можно было не сомневаться, эта история в виде каламбура облетит теперь все европейские дворы. «Ох и непроста Екатерина Алексеевна, вот уж настоящая хозяйка государыня!» – думал Егоров, глядя на веселье первых лиц империи.
– Довольна я тобой, Алексей Петрович, – вновь стала серьёзной самодержица. – И полком твоим довольна. Валериана Александровича генеральством только что наградили, тебя обойти – грех был бы. Вместе ведь с ним воевали. Николай Иванович. – Она обратила лицо к Салтыкову. – Сегодня же подготовь представление на генерал-майорский чин. Думаю, по заслугам он будет Егорову. И Владимира третьей степени ему тем же указом, что и Зубову. А с тебя, Алексей Петрович, представление на особо отличившихся офицеров жду. Помимо того, будет и особый приказ для всего полка, а пока же общий указ для войск, принимавших участие в Польской кампании.
Подскочивший вице-президент Военной коллегии подал ей свиток, и, выйдя на середину строя, Екатерина зачитала громким голосом:
Алексей, как и все егеря, уже было набрал в грудь воздух, чтобы прокричать благодарность, но государыня подняла руку, останавливая.
– Изъявляю лейб-гвардии егерскому полку своё особое благоволение и засим жалую каждому в нём полугодовой оклад сверх положенного. А коли командир подаст на кого из своих офицеров представление к награждению орденом, так Пражский крест от них не отнимать, пусть же все в полку получат единую награду!
– Рады стараться, вашимператорскоевеличество! – проревел восторженно строй.
– Матушке императрице – ура! – гаркнул Егоров.
– Ура! Ура! Ура-а-а! – вновь ревели шеренги.
– Николай Иванович, Алексей Петрович, – поманила к себе офицеров Екатерина. – Знаю, не по старшинству сие, но коли уж такое торжество, пусть егеря первыми в парадном строю сегодня пройдут. В их лице мы ведь все войска наши, что в Польше воевали, величаем.
– Слушаюсь, Ваше Императорское Величество. – Салтыков склонился в поклоне.
– Ну что, генерал, а проводи-ка ты меня до Московского полка, – попросила Алексея государыня. – Нет ли у тебя просьбы какой? Говори, я сегодня в настроении, хоть что для себя проси.
– Благодарю покорно, государыня. Всё вроде бы есть, – пожав плечами, проговорил Егоров. – Задумал вот только завод я построить небольшой в своём поместье для производства опытных винтовальных ружей. А с хорошими мастерами ну просто беда. Никого не велено переманивать с казённых заводов, за этим у нас строго следят.
– Новый частный оружейный завод, – произнесла задумчиво Екатерина. – В Европе, как я знаю, таких предостаточно. Они там с казёнными состязаются, а где-то и вовсе даже моду в оружейном деле задают. У нас Демидов, Баташов и Мосолов своими заводами владеют, хорошо казённые заказы исполняют. Почему бы не быть ещё и заводу генерала Егорова? Уж кто, как не командир егерей, должен знать, какое оружие в бою удобней? Присылай прожект свой, генерал, помогу, и Берг- с Коммерц-коллегией указание дам поспособствовать. Мастеров-то хороших и нам, конечно, не хватает, слышал сам, небось, что на Урале сейчас новые заводы закладываем, но тебе всё же поможем. А ты попробуй-ка из-за границы ещё оружейников к себе переманить, глядишь, и они что-то интересное в это дело привнесут?
– Спасибо, Ваше Величество! – воскликнул Егоров. – Обязательно попробую. С вашей помощью и благословением, верю, любое дело свершится.
– Подожди благодарить, сначала дело нужно сделать. Ну а коли о себе сам не просишь, тогда я скажу. Знаю, давно с семьёй не был, дети без отца растут. Нехорошо это. Дом тебе пожаловала, а он, видишь, пустует. Бери-ка ты, Алексей Петрович, полный год отпуска да езжай в поместье. По заводу там своему определишься, начнёшь стройку, дела все поправишь, а к следующему лету вместе с семьёй в Санкт-Петербург вернёшься и в дом её поселишь. Супругу твою, я помню, Катариной зовут? Вот в свет её выведешь. Я как раз в Царскосельском дворце летом буду большие приёмы устраивать, вот и познакомишь. Есть на кого полк свой оставить?
– Так точно, есть, Ваше Величество. На полковника Милорадовича. Мы с ним с первого моего офицерского чина, с прапорщика вместе. Все войны плечом к плечу прошли.
– Серб? Милорадович Андрей Степанович не роднёй ли ему приходится? – поинтересовалась Екатерина.
– Так точно, дальняя родня, – подтвердил Егоров. – Но он сам своим геройством чин выслужил.
