Розовые полосы заката тянулись с севера на юг над озером, над острозубой стеной соснового бора за селом. Но вскоре они стушевались, угасли, лишь белесое овальное пятно еще долго и таинственно светилось на западе. Может, это космический корабль неведомых пришельцев с другой планеты оставил след? Или просто озерная вода кидает на небо свой отблеск?
В переулке было тихо. Над острой крышей пожарной каланчи, как серебряный шар на новогодней елке, засветилась полная луна. Еще гуще запахло пряными озерными травами. На дорогу от плетней и деревьев легли длинные тени. На площади у клуба послышались звуки аккордеона и девичьи припевки.
— Ничего мы тут не высидим, — поеживаясь от сырости, с досадой сказал Ромка. — Видно, он сегодня не выйдет.
— Выйдет, ты его еще плохо знаешь. Он ни одной ночи не пропустит, когда не в разъезде. Сегодня в ночь он обязательно сетку поставит, чтобы утром выбрать рыбу и отвезти на рынок в район. Понял?
Луна уже оторвалась от крыши каланчи и серебристым воздушным шаром плыла высоко в небе, когда звякнуло кольцо щеколды и калитка вновь отворилась. В проулок вышел какой-то человек, постоял, чиркнул спичкой.
— Он! — шепнул Сигач. — Теперь гляди в оба.
— Он только покурить вышел, — возразил было Ромка, но темная фигура вдруг скрылась за калиткой, через две-три секунды снова вынырнула в переулок и, светя огоньком сигареты, двинулась вдоль плетня по направлению к озеру. На плече у Кольки-шофера лежали весла.
На пологом берегу озера жители села держали свои «душегубки», выдолбленные из цельных стволов осин, плоскодонки и дощаные баркасы, у многих были настоящие лодки с подвесными моторами. Почти каждая семья имела свою посудину.
Старик Кудрявцев поджидал Кольку у лодок. Он молчком повозился в своем баркасе, побренчал цепью, и браконьеры неслышно отвалили от мостков. Вот их лодка уже выплыла на освещенную луной середину озера, свернула вправо, к протоке, и стала быстро удаляться.
— Айда к отряду! Главное, из виду их не выпустить.
Сигач кинулся вдоль берега к зарослям краснотала, где их дожидались в лодке остальные члены отряда. Они так замаскировались среди кустов, что Ромке и Сигачу пришлось негромко окликнуть дозорных. Но и тогда никто не отозвался. Ромка вспомнил: у них же есть договоренность о сигнале!
— Колька, покрякай, забыл, что ли?
Сигач дважды крякнул в кулак по-утиному. Из кустов тотчас отозвалась другая крякуша. Совсем близко раздвинулись ветки, и негромкий голос позвал:
— Скорей, что ли, замерзли ждамши, да и комары зачкали!
Ромка узнал голос Сани Мизинова и вслед за Сигачом забрался в лодку.
— Видели браконьеров? — спросила Нюшка Мордовцева, но Сигач будто не слышал.
— Быстрей к протоке, жми на весла!
Лодка вылетела из кустов, помчалась на середину озера.
— Струиха, к берегу давай, на середке заметят, — сердито прошептал Колька Сигач Дусе, которая сидела на руле.
И в самом деле, зыбкая поверхность озера была залита голубоватым светом и сверкала, как разбитое на тысячу осколков зеркало. На озере был заметен каждый, даже крохотный, островок, каждая коряга. У берегов же росли кусты. Они отбрасывали на воду серую тень, и эта теневая полоса тянулась вдоль всего берега до самой протоки, где можно было укрыться в высоких прошлогодних камышах от самого внимательного взгляда.
Как ни всматривался Ромка вдаль, лодки Кудрявцевых нигде не было видно.
— Скорей, Сигач, удерет ведь!
Сигач только фыркнул в ответ да сильнее налег на весла. Другой парой весел неуклюже орудовал Саня Мизинов, Нюшка Мордовцева съежилась на дне лодки и терпеливо молчала.
Вход в протоку показался как-то неожиданно. Ромка отобрал у Дуси руль. Лодка обогнула мыс и вдруг оказалась перед темной стеной камыша.
— Назад, назад! — Ромка увидел впереди, рукой подать, чужую лодку. — Мизинчик, не греби, Колька, нажми!
Гребцы враз выполнили команду, весла взбурлили воду, лодка круто развернулась вправо, к берегу.
— Тише!
К счастью, Колька-шофер и старик Кудрявцев не услышали ничего, может быть, потому, что их лодка в тот момент врезалась в камыши и шуршанье сухих стеблей заглушило всякие другие звуки.
— Вперед, Мизинчик, налегай! — скомандовал Сигач и руками стал раздвигать перед носом лодки упругие камыши.
Протока тянулась довольно долго, камыш страшно шуршал, и казалось, что его шуршанье слышно на многие километры вокруг. В любую минуту можно было наткнуться на лодку браконьеров, и кто знает, что тогда случится. Одно надо думать — браконьеры так просто не отпустят.
Наконец протока кончилась, Ромка повернул лодку к стене камыша и осмотрелся. На светлой поверхности озера не заметно было ничего подозрительного. Где же браконьеры? На другое озеро подались? Но когда же они успели?
Дуся Струева приподнялась, поглядела вдаль и дернула Кольку за рукав стеганки.
— Ой, чтой-то там?
Ромка всмотрелся в противоположный берег озера и у самой кромки камыша разглядел темное, слегка двигающееся пятно.
— Гляньте, братцы, не лодка ли?
С минуту Сигач и Саня Мизинов приглядывались к темному пятну, враз согласились:
— Лодка, точно.
— Она самая.
