О контроле наместников за сбором дани свидетельствуют надписи и изображения Нового царства.
Примерно со второй половины правления XVIII династии существовала более или менее отлаженная система поступления дани в казну.
Все же время от времени египетские фараоны продолжали совершать военные походы в более отдаленные районы Нубии за дополнительной данью.
Подобные экспедиции предпринимал Хоремхеб. В скальном гроте Силсилы изображены египетские воины, ведущие пленных: "Привел вождей (wrw) Куша презренного царь Верхнего [84] и Нижнего Египта Хоремхеб, дающий жизнь. Прибыл его величество из земли Куш с захваченным мышцей его, согласно тому, что приказал ему отец его Амон" (
Регулярный сбор дани и ее доставка ко двору целиком возлагались на наместников. На стеле "царского сына Куша" Усерсатета мы читаем: "Велика дань Та-Сети, наполнял (я) сокровищницу прекрасным золотом. Подходил я, нагруженный сокровищами, к месту при царе, (а) выходил (я) хвалим (и) любим. Начальник дома Мейдума (см.
В надписи, по всей видимости, этого же наместника он назван лицом, "кому поступает дань от маджаев и гранит всякой чужеземной страны" (
Так и Сетау был занят в основном, согласно его большой биографической надписи,[25] контролем за сбором дани.
Дань, поступавшая из Нубии, была разнообразной. В Каср-Ибриме сохранились надписи и изображение наместника Нехи, стоящего перед Тутмесом III. К сожалению, на изображении процессии нубийцев, несущих дань и возглавляемых Нехи, уцелели лишь две фигуры: один из несущих держит на плече слоновий бивень. Однако надпись поясняет картину: "Принесение да[ни обильной] южных стран, состоящей из золота, слоновой кости, эбенового дерева... Сказал он (Нехи): „Я слуга, полезный владыке своему, наполняющий его дом золотом, заставляющий радоваться своего Хора (фараона) дани стран южных; (я) — тот, кто ходит восхваляемым перед владыкой своим"" (
Дополняет список дани надпись другого сановника — "царского сына Куша" Инебни: "Приятный для господина своего, наполняющий дом его [золотом], ḫnmt, слоновой костью, эбеновым деревом, деревом tj šps, шкурами пантер, hsjjt, благовониями маджаев — сокровищами Куша презренного, (которые) доставляет ко двору владыки обеих земель, (тот, кто) входит восхваляемым (и) выходит возлюбленным, царский сын [Инебни (?)]".[26]
Из Куша вывозились также сосуды (ḥrnw?) "всякие избранные и прекрасные" из серебра и золота, ляпис-лазурь (ḥsbd), малахит (mfḳ3t) (
Возможно, "царские сыновья Куша" организовывали поступления ко двору детей вождей Нубии. Так, на обломках стелы Нового царства, обнаруженной в Фарасе, сохранилась фраза: "Страх перед тобой в их телах (т.е. в душах чужеземных народов), (если) повелишь ты, дадут они тебе сами детей [своих]" (
Некоторые надписи позволяют судить в какой-то степени о количестве поступавшей в Египет дани. Так, в молельне № 4 в Каср-Ибриме сохранилась запись:
"Число того, что было в дани этой:
Те, кто был нагружен золотом, человек — х.
Те, кто был нагружен... человек — 150.
Те, кто был нагружен гранатами,[27] человек — 200.
Те, кто был нагружен слоновой костью, человек — x + 140.
Те, кто был нагружен эбеновым деревом, — 1000.
Те, кто был нагружен всеми видами ароматов южных стран, человек — 100 + x.
Те, кто был нагружен колесницами, человек — 50.
Те, кто был с живыми пантерами, человек — 10.
Те, кто был с собаками, человек — 20.
Те, кто был с длиннорогим скотом (iw) (и) короткорогим скотом (wndw), человек — 400.
Итого, те, кто под данью, человек — 2549" (
Цифры, безусловно, производят впечатление (хотя у В. Хелька и Р. Каминоса они и расходятся), однако периодичность сбора дани неизвестна; возможно, речь идет о ежегодных поборах. Количество продуктов было, видимо, заранее определено и письменно зафиксировано. Превышение положенной нормы сбора приветствовалось при дворе. Так, Сетау похвалялся, что ему удалось удвоить ее. Собранная дань передавалась во дворец в присутствии высших вельмож Египта. О порядке сбора и передачи дани сообщают надписи из гробницы Рехмира, визиря Тутмеса III.
