«Все-таки не день…» — с горечью проговорила Гвендалин, в этом братец оказался прав. Лесные звери, магические существа и твари часто выходили из своих убежищ именно в темное время суток.
«Ничего!» — и именно тогда, кода девушка подумала, что ей все подвластно и по плечу, она зацепилась носком дорожной туфли за одно из корневищ, торчащих в земле.
С грохотом она полетела вниз. И только чудом не разбила себе лицо и не сломала нос, потому что успела выбросить руки перед собой в момент падения.
— Чтоб тебе икалось, любимый Томас, — ругалась на брата Гвендалин, поднимаясь с земли.
И в этот самый момент яркая вспышка осветила темное пространство. Овальное кольцо портала возникло из ниоткуда на границе леса и скал.
— Что это такое? — в удивлении замерла девушка и уставилась на сияющий проход.
Из портального кольца появился какой-то человек, его тело и лицо были скрыты походным плащом, в руках он удерживал фиал с непонятным булькающим содержимым.
— Ты кто такой? — не стала скрываться Гвендалин, смело заявив о себе.
— Дева… — растерянно пробормотал басовито незнакомец, запустив магические огоньки в воздух, чтобы как можно лучше рассмотреть ее в темноте.
С лица Гвендалин показалась ему невероятно красивой… и высокой. Таких, как она, в их стране никогда не было.
Девушка в свете огней рассмотрела лишь густую бороду, торчащую из-под капюшона, и сверкающие, как сланец, глазищи.
— Отвечай! — требовательно проговорила девушка, поставив руки в бока. — Я, Гвендалин Гринвальди, не пропущу тебя, если ты немедленно не представишься.
Как она собиралась оказать незнакомцу сопротивление, было ведомо одной ей. Но страха девушка старалась не показывать.
— Гимбл Пок, — холодно представился незнакомец, а затем он скинул капюшон с головы. — А ты пойдешь со мной, дева…
— Гном! — вскрикнула девушка, но это было последним, что она смогла сделать.
Гимбл откупорил фиал и плеснул в лицо Гвендалин его содержимое.
Фиолетовое свечение заволокло весь обзор, а затем девушка почувствовала легкую слабость и головокружение.
— Гвендалин, я, Гимбл Пок, заклинаю твою волю и подчиняю доброе сердце. Сегодня ты разделишь эту звездную ночь и ложе со мной. По праву старшего в доме Поков, хранителя Чертога Йонеджи.
И девушка пошла за ним, не сопротивляясь.
Гном держал красавицу за руку и вел туда, где заканчивался лес и начинались скалы. Затем чужак пробормотал заклинание и раскрыл новое портальное кольцо. Гвендалин, не оглядываясь, вошла в сияющее пространство.
Гном последовал за своей находкой, а когда портальное кольцо закрывалось, высунул пухлую руку и пышущим порошком стер любые следы своего присутствия.
***
Томас Гринвальди не находил себе места уже шесть месяцев. Сестра как сквозь землю провалилась. Нигде девушку найти не могли. А вместе с ее пропажей и рухнуло все то последнее, что удерживало их семью от гибели и краха.
Сначала Томас ударился во все тяжкие: пост свой забросил, настойками увлекся, по женщинам круговерть устроил. Градоправитель на него за это совсем осерчал и с должности своего помощника сместил.
Но Гринвальди было все равно. В деньгах мужчина не нуждался, а город… Да кто-нибудь другой справится, раз он не смог…
Да и люди народ странный: сначала страдают, потом легенды складывают. Так и местные строго-настрого запретили девицам по лесам шастать — беглый тролль, гляди того, унесет, закопает живьем и съест. Нет, сначала съест, а потом косточки закопает в Зачарованном лесу.
Вот и пугали такими страшилками девочек с малого детства.
— Рюмер! Господин хороший прибыл, да совсем не в подобающем виде. Где только и шатался?
Но старому слуге было не важно, в каком виде, главное — прибыл, главное — молодой хозяин ляжет в собственную постель и будет почивать себе в родных стенах. Под его приглядом. А уж Рюмер на этот раз не оплошает. Даже в колдовской лавке мужчина снадобье защитное прикупил.
А другого и не нужно.
За другое Рюмер чувствовал перед всеми вину свою. Не доглядел молодую хозяйку, упустил девушку — она взяла и пропала, насовсем пропала.
А хозяин занемог. Первую неделю ничего и слышать не хотел про отдых, все поиски устраивал в надежде на спасение своей сестренки Гвендалин. А госпожа не вернулась, ее словно и не было никогда в Величавце. Раз — и исчезла. Ни ведьмы, ни городская стража не справились с этими изнуряющими поисками, а Рюмер на себя за все вину принял и даже предлагал хлыстом за содеянное себя наказать. Так прям и требовал. Вложил хлыст в руки хозяина и попросил привести наказание в исполнение.
Томас хлыст бросил, а сам в кабинете заперся и не выходил из него три дня. Горе свое оплакивал да сестру проклинал за непослушание и недоверие. Ведь предупреждал он ее, дуреху, об опасностях.
День ко дню прибавлялся, а девушка все никак не объявлялась. Никому и дела уже не было до семейства Гринвальди. Был человек и не стало. А жизнь-то идет, некогда оплакивать ушедших…