— Несколько лет назад мы пересеклись у общих знакомых, выпили и провели вместе ночь. Через какое-то время я случайно узнал, что она беременна, — и опять молчание, но на этот раз молчала и я, — но сама не знает, от кого именно. Претендентов было трое или четверо, и я был одним из них. Это я узнал опять же от общих знакомых, — Миша хмыкнул и покачал головой, — Я сказал ей, что не откажусь от ребёнка, если он окажется моим, буду помогать ей его воспитывать, ну, и материально, конечно же, тоже. Она слёзно благодарила, заверяла, что может быть беременной только от меня… А потом в один прекрасный день сделала аборт…
Он замолчал, а в ушах зазвенела тишина, нарушаемая лишь его тяжёлым дыханием. Он словно заново переживал то время, те эмоции.
— Говорит, засомневалась, что ребёнок мой, а одна она не справится со всем этим, ведь родители точно от неё отвернутся, когда узнают.
— И что дальше? — подала голос, когда пауза затянулась.
— А дальше она вдруг решила, что нам нужно быть вместе, — слышу его насмешливый голос, — и вот уже года три не даёт мне прохода. Наши родители о той ситуации даже не подозревают, поэтому всеми силами пытаются нас поженить.
Миша резко поворачивается ко мне и заключает в свои объятия.
— А теперь ложись-ка, милая моя, спать, — целует меня в лоб и укутывает одеялом.
— А ты? — пищу куда-то в район его груди.
— А я сейчас приду, — он поднимается с кровати и оставляет меня одну.
Его не было около получаса, может, больше. И я не собиралась засыпать одна, ждала его. Тем более, сон я перебила, и теперь размышляла, пытаясь понять, что чувствую, услышав всю правду об отношениях Миши с подругой детства.
Но одно я знала точно, что, если до этого часа я была равнодушна к поползновениям Саши в сторону Михаила, то сейчас меня изнутри душила ревность. К тому, что она — его первая любовь, что он хотел от неё ребёнка. И он так и не ответил мне на вопрос, любит ли он её до сих пор.
Рано утром Миша подвёз меня до дома и прежде, чем он уехал по делам, мы обменялись, наконец, номерами телефонов.
Тихо, чтобы не разбудить Киру, я переоделась и, наспех позавтракав, убежала на работу.
День тянулся бесконечно долго, я то и дело посматривала то на часы на мониторе компьютера, то на экран телефона. Хоть мы с Мишей ни о чем не договаривались, я почему-то все равно жду от него звонка.
А когда, расправившись с порученными заданиями, я уже готова была покинуть свое рабочее место, Гришин сообщил мне о важных переговорах с крупным потенциальным клиентом, назначенных на завтрашнее утро.
К этому событию мне необходимо было подготовить переговорку — расставить бутылированную воду, стаканы, канцелярские принадлежности и кое-какую справочную информацию, которую для начала мне нужно распечатать.
И, чтобы не пришлось приезжать завтра на работу с рассветом, решаю подготовить всё с вечера.
С подготовкой управилась чуть менее, чем за час. Оставалось прибрать за собой, чем я и начинаю заниматься, когда дверь бесшумно открывается.
— О, Оля, не думал, что застану здесь кого-либо, — слышу за спиной голос заместителя генерального и, выбросив мусор в корзину, оборачиваюсь.
— Я решила подготовить переговорку для завтрашнего совещания сегодня, — осмотрелась вокруг, отмечая, что всё готово.
— Молодец. Давай, отвезу тебя домой? — Арсений Иванович проходит вдоль стола, поправляя стулья и направляясь в мою сторону.
— Спасибо за предложение, но не стоит, — я забираю принесенную мной папку и коробку с непонадобившейся канцелярией и иду к выходу.
— А что так? — зам встаёт напротив меня, прегрождая путь и вынуждая меня остановиться.
— Ээ… — какое-то нехорошее предчувствие промелькнуло в голове, и я, озираясь, собираюсь обойти зама с другой стороны.
— Не бойся, Олечка, я не сделаю тебе ничего плохого, — он делает шаг вперёд, и я отступаю назад.
— Арсений Иванович, мне пора, — говорю, как можно твёрже.
— Не так быстро, милая. Я тебя ещё не отпускал, — ещё шаг, и мне снова приходится пятиться назад.
Смотрю ему в глаза в надежде рассмотреть там намёк на шутку или что-то настолько же безобидное, но вижу в них лишь похоть. И мне становится по-настоящему страшно.
Пока пытаюсь сообразить, как мне поступить, он подходит слишком близко и хватает за руки, и папка с коробкой из моих рук с грохотом падают на пол между нами. Я дёргаю руки, но он хватает крепче, разворачивая меня спиной к себе, наклоняет над столом, прижимаясь сзади.
— Отпустите, — прошу.
— Оль, ну, что ты трясешься? Просто расслабься и получай удовольствие. Ну, чего тебе стоит? — шепчет мне в ухо, а меня начинает тошнить.
От слов он сразу же перешёл к действиям. Навалившись на меня, стал задирать юбку.
— Подождите, пожалуйста, — решила поменять тактику, справедливо заметив, что физически мне с ним не справиться. Нужно брать хитростью. — Я согласна. Только без применения физической силы с вашей стороны.
