— Нечего особо рассказывать, — хмыкаю. — Я забеременела случайно, поделилась радостной новостью с мужем. А для него эта новость радостной не стала, — вспоминая сейчас то время, всё воспринимается иначе. И, если можно было повернуть время вспять, я не пошла бы на поводу у эгоистичного мужа. — Но я его не виню. Дурой была, и виновата намного больше в том, что натворила.
Миша молчит, а я не решаюсь поднять голову и посмотреть ему в глаза. Не представляю даже, что он думает обо мне.
— Как-то так, — вздыхаю.
— Проводила твою маму до калитки. Уж очень она хотела задержаться, — фыркает Карина, входя в гостиную, и, не церемонясь, усаживается сбоку от меня.
— Спасибо, — виновато улыбаюсь сестре, на что она, прищурив глаза, качает головой.
— Всё нормально, — берёт меня за руку, сжимает её и переключает своё внимание на Мишу. — Какие планы на будущее?
Я замираю, услышав вопрос, даже дышать боюсь. Хочется стукнуть Карину за столь прямолинейный вопрос и в то же время расцеловать её, ведь сама бы я задать его не решилась.
— Планы? Думаю забрать Олю к себе, — задумчиво произносит Миша, и я всё же осмеливаюсь на него посмотреть.
Он не сводит с меня глаз. Ждёт реакции? Моего согласия? А я не знаю, что ответить. Карина тоже замолкает, следит внимательно и за мной, и за Мишей, переводя взгляд с меня на него и обратно.
Я не нахожу, что ответить и начинаю нервничать.
Встаю с дивана и отхожу подальше, чтобы выдохнуть, избавиться от пристального внимания и давящего ожидания. Не хочу сейчас ничего решать, боюсь поторопиться с ответом.
Хоть сердце и рвётся к нему, просит сказать ему "да", разумом я понимаю, что это будет слишком поспешно, необдуманно. И правильно ли?
— Оль, — незаметно подходит сзади и кладёт руки на плечи, притягивает к своей груди.
Я чувствую, как быстро бьётся его сердце. Он тоже волнуется? Что это предложение значит для него?
Не успеваю подумать, не могу сконцентрироваться, потому что Миша утыкается носом в шею, шумно вдыхает, щекоча кожу жарким дыханием.
— Просто подумай об этом, хорошо? А я буду ждать твой положительный ответ, — шепчет, мазнув губами по щеке и мочке уха.
— Хорошо, — он отступает, и мои плечи разочарованно сникают с выдохом.
— А свадьба-то когда? — не унимается Карина, я кидаю на неё злобный взгляд, а её, похоже, эта ситуация веселит.
— Как только, так сразу, — Миша, проходя мимо неё, щёлкает её по носу. — Оль, мне пора. Проводишь?
Киваю и иду следом.
— Я тебя прибью, — шиплю на ухо сестре, поровнявшись с диваном.
— Миша, пока! — хохочет Карина, забавно морща нос, а я лишь закатываю глаза в ответ на её ребячество.
— Не выходи, там прохладно, — останавливает меня Миша, когда я открываю шкаф, чтобы достать куртку.
Притягивает к себе, и я снова прислоняюсь к его груди, но только теперь уже щекой.
— Прости за вчерашнее, — извинение бальзамом заливает мою обиду.
— Только если пообещаешь, что такого больше не повторится, — запрокидываю голову вверх и тут же попадаю в плен его горячих губ.
Поцелуй длится всего несколько секунд, но этого хватает, чтобы дыхание сбилось и низ живота скрутило тугим узлом.
— Не повторится, — его шёпот обжигает и без того горящие губы, и я улыбаюсь, не в силах открыть глаза, но даже сквозь сомкнутые плотно веки вижу, что он улыбается тоже. Чувствую его.
Глава 35
В понедельник, как и планировала, отправилась в загс. Но там меня не особо порадовали, обозначив сроки. Было бы лучше, если мы с Лёшей пришли вдвоём, но просить его об этом я не стала. Вряд ли он захочет по-хорошему.
Офис встречает меня беспокойным оживлением. Мимо меня по направлению от приёмной генерального директора то и дело проходят люди небольшими группами.
А когда вхожу в приёмную сама, навстречу мне, придерживая окровавленный нос, вылетает Петухов. Задевает меня плечом, будто намеренно, и, бросив полный ненависти взгляд, молча проходит мимо.
— Олечка, ты уже вернулась? — взволнованный директор стоит в дверях.
— Что-то случилось? — заглядываю за его спину и застываю на месте.
В кабинете директора, повернувшись ко мне спиной, стоит Миша и разговаривает по телефону.
— Хмм… — проследив за моим взглядом, Лев Сергеевич не торопится отвечать.
А я уже и не жду от него ответа. Смотрю на Мишу, затаив дыхание, и пазлы в голове начинают складываться в единую картину.
Он что-то узнал про Петухова, и когда я сообщила ему о беременности, он упомянул его, как предполагаемого отца моего ребёнка. А сейчас он здесь явно не просто так. И нос у зама генерального разбит тоже не случайно.
Не знаю, что я чувствую по этому поводу.
Миша убирает телефон в карман и поворачивается, встречается со мной взглядом и осматривает с ног до головы.
— Пойду пообедаю, — подаёт голос директор, но мы с Мишей не обращаем на его слова внимания, — Только, Мих, давай, без сюрпризов, — на что Миша лишь кивает, продолжая смотреть на меня.
Гришин оставляет нас наедине, но никто не делает первый шаг. Мы так и стоим на расстоянии, молча.
— Миш, что произошло? — спрашиваю, подходя ближе.
— Почему ты не рассказала мне? — в глазах — упрёк и обида? Теряюсь под его хмурым взглядом и останавливаюсь.
