Срываюсь с места и бегу без оглядки. Почти не касаюсь газона.
— Изворотливая бестия! — слышу в спину, от упавшего на четвереньки, поспешно натягивающего брюки Игната. Доносятся звуки бряканья ремня. — Не уйдешь! — обрывки фраз ещё долетают до моих ушей.
Бегу вдоль высоких кустов. Здесь зеленый лабиринт. Перебираю ногами отчаянно, из последних сил.
Кто-то дёргает за руку и втягивает в отверстие живой изгороди. Закрывает рот ладонью.
— Тихо, — мой спаситель шепотом доносит до меня приказ.
Выдыхаю на чужие пальцы под носом и прикрываю глаза.
Это Виктор.
Сердце стучит в бешеном ритме, меня резко остановили.
Кажется, он к моему пульсу обращается.
Мимо наших кустов проносится Игнат с криком:
— Я тебя все равно найду. Здесь нет выхода.
Он прав, мне надо на берег к Нику, там лодка.
— Ник на месте? — убирая ладонь Виктора, интересуюсь.
— Не знаю, — в его голосе безразличие. Держит и не отпускает.
— Вик, ты чего. Я пошла, — затрудняюсь понять, что с ним.
— Мой палец до сих пор помнит твой укус, — его рука сжимает мой подбородок. — Что? Куда смелость подевалась? А? Ух, я злопамятен.
— Я защищалась, — трепыхаюсь смелее. — Вы наступали, а у меня только зубы и ногти оставались для обороны.
— Ты реально подумала, что можешь быть нам интересна? — ухмыляется. — Крутишься возле Ника. Не смущает, что он женат? Перестань соблазнять брата.
— Так тебе больше достанется. В вопросе Алисы он уже не брат тебе, а соперник, — язвлю.
— Она любит нас троих вместе одинаково, — настаивает на равноправии и засовывает свою ревность в одно место.
— Ей зажирно и два, — возмущаюсь. — А как же среднестатистическая женщина только с одним?
— Алиса не входит в статистику, она выше ее, — одухотворённый спикер чуть не входит в экстаз от одного только имени зазнобы.
— Ага. Прям-таки, — меня накрывает скептицизм.
— Хватит агакать. Шуруй к берегу, — выталкивает в нужном направлении.
Выбегаю из колючего ограждения.
Бегу на запах воды, темно ничего не вижу, ступеньки, мостик. Камушки впиваются гвоздями.
Больно, но это потом, надо быстрее найти лодку.
Вижу блеск воды, цепляюсь за корень и падаю во влажный песок. Поднимаю голову. Лодка покачивается, но там никого.
— Марта, аккуратнее бегать нужно, — слышу сзади голос Ника, когда меня подхватывают надежные руки.
Прижимаясь к нему, держусь за шею. Моя нога в районе лодыжки побаливает и причиняет дискомфорт.
Младший из братьев усаживает в лодку, снимает пиджак и набрасывает на мои плечи, сам остается в рубашке. Берет весла и, прикладывая усилия, начинает грести от берега.
Вдыхаю запах с поверхности его френча, часто дышу. Это срабатывает как обезболивающее. Мне нужно много этого лекарства.
Смотрю на него.
Нельзя быть таким красивым сердцекрадом. Съежилась в его одежде, хочу укрыться полностью и не выходить в этот мир.
Ограничусь пиджаком, больше, кажется, ничего и не надо. Пусть люди решают свои проблемы, я побуду тут.
Белые зубы Николаса виднеются в темноте. Меня чуть не поимели, а он мило улыбается в ответ на мои взгляды в его сторону. Мы на задании, разговоры только спугнут уснувших птиц.
Со мной и не надо вести задушевные беседы. Я распалена возбуждением других мужчин и я все ещё хочу его внимания.
— Посмотри, звёзды, — зачарованно произносит.
Киваю, соглашаясь. Хотя мысли далеко не романтичные. Насмотрелась. Не хочу злосчастных точек, хочу запятых, много, с ним.
Сидит передо мной картина мальчик с персиками. Даже не спросил, как всё прошло, ведь моя добродетель была под угрозой. Растираю ноги, замерзли, холод и сырость от воды усугубляет положение.
Ник видит мои тщетные попытки согреться, кладет весла на лодку и дотрагивается до озябших ног.
— Где туфли потеряла, Марта? — искренне удивляется.
— Не поверишь, так бежала к тебе, что они попросту мешали. Скинула ненужную поклажу. В смысле к лодке бежала, — запинаюсь, исправляюсь как школьница.
Ладошки вспотели, дрожу. Он касается ступней, а по мне разряд тока. Это интимнее всех влияний сегодняшних мужчин на моем пути.
Под действием моих нервных окончаний осмосом его тепло начинает путешествие по моему телу.
Небо с водой поменялись местами. Меня закручивает по цветной спирали. Хор голосов первобытной женщины желает растворится во вселенском параде планет.
Правая ступня, вырываясь из рук Николаса, касается его рукава свитера. Он перехватывает ее и зажимает подмышкой.
Моя попа соскальзывает с сидения, перемещаясь на дно лодки. Лопатки ударяются о край сидения. Глаза раскрываются. Вижу над собой красное небесное светило. Оно показалось из-за тучи над лесом.
— Согрелась?
Отталкиваясь от бортика лодки наклоняюсь к нему. Мне бы сейчас бросится в воду, смыть желание других мужчин, но целоваться до неприличия хочется куда больше.
Беру его лицо в руки и притягиваю к своему. Украду его поцелуй.
Мне надо.
Хочу соприкоснуться с душой моих навязчивых желаний.
Меня оторвут, но это будет после.
Секунды блаженства.
Они все мои.
Никому не отдам это ощущение.
Только его губы и моя зацелованная им память.
— Нам надо плыть, лапушка, — произносит Николас с хриплым надрывом, уворачиваясь от моего лица.
