— Она затащила меня сюда. Ты сказал мне не отходить от нее ни на шаг. Кроме того, я не в примерочной с ней. Я не гребаный идиот, — говорит он.
— Дай ей трубку.
— А, босс? — Спрашивает Сэмми.
— Что?
— В таком случае мне придется зайти в примерочную, — осторожно говорит он.
— Просунь телефон под дверь и проваливай к чертовой матери, — инструктирую я его, разочарование охватывает меня, как лесной пожар.
На это уходит минута. Но потом я слышу ее нежный голос и почти успокаиваюсь.
— Алло? Луи?
— Шарлотта, милая, чем ты занята? — Спрашиваю я ее.
— Хожу по магазинам. А
— Забираю делового партнера. Почему ты в магазине нижнего белья с другим мужчиной?
— Потому что я решила принять твое предложение остаться ненадолго, и мне нужна одежда. Кроме того, я взрослая женщина. И, насколько я помню, ты мне не отец. Мне не нужно спрашивать твоего разрешения, чтобы что-то сделать. — Продолжает она разглагольствовать.
— Шарлотта, я не хочу, чтобы другие мужчины видели, как ты раздеваешься, —говорю я ей.
— Повторяю, у меня есть отец, и это не ты. Миленько поболтали. Созвонимся позже. — На этом связь обрывается.
— Она бросила трубку, не так ли? — Смеется Карло.
— Отвали. — Я нажимаю на повторный набор, но телефон отключается. Поэтому я снова нажимаю на кнопку и жду.
— Босс? Что ты сказал? — Спрашивает Сэмми.
— Где она?
— Переодевается. Она что-то говорила о том, что покажет тебе,
— Она миниатюрная женщина.
— С характером, — добавляет он.
— Отведи ее обратно в пентхаус. Я не хочу, чтобы она приближалась к казино, когда я буду там с Эммануэлем.
— Понял. Не подпускать ее к казино. Это будет довольно просто, — говорит Сэмми, хотя я слышу сарказм в его голосе.
Звук самолета, приземлившегося на взлетно-посадочную полосу, заставляет меня поднять глаза.
— Мне пора. — Я отключаюсь и передаю телефон обратно Карло. — Ни единого упоминания о Шарлотте, — говорю я ему, пока мы смотрим, как самолет останавливается в конце взлетно-посадочной полосы.
— Я не вчера родился, — отвечает он.
Дверь самолета открывается, и трап опускается. Десять охранников Эммануэля выходят первыми, выстраиваясь в линию, оставляя свободное пространство посередине. За ними следует их босс.
— Луи, давно не виделись, друг мой, — говорит он с улыбкой на лице, подходя ко мне с распростертыми объятиями.
— Да. Как прошел полет? — Спрашиваю я, отвечая на его жест.
— Ухабисто. Я уж было подумал, что мне конец. — Смеется он.
— Давай убираться отсюда. Здесь чертовски жарко. — Я веду его к ожидающим нас машинам.
— Карло, ты выглядишь постаревшим. — Эммануэль обнимает его.
— Работа так на всех действует. Знаешь, тебе тоже следует как-нибудь заняться ею, — парирует Карло, и Эммануэль смеется.
— Буду иметь это в виду.

— Этот город никогда не меняется. — Эммануэль поднимает глаза к небу.
— Твои слова, да Богу в уши, — говорю я. Мне не нужно, чтобы этот город менялся. Он мне нравится таким, какой он есть.
— Где Сэмми? Он не захотел поприветствовать меня? — Спрашивает Эммануэль. Я ждал этого.
Эммануэль, Сэмми, Карло и я знаем друг друга с детства. Эммануэль первым поднялся по карьерной лестнице. Оказывается, его мать-американка залетела от какого-то мексиканского наркобарона, который позже выследил его. Затем нашего друга отправили в Мексику, и с тех пор он то и дело наведывается в Вегас. Столь долгое знакомство с человеком может создать ложное чувство близости. Безопасности. Но только не у меня. Я знаю Эммануэля и знаю, какой он жестокий ублюдок. Его картель торгует дерьмом, к которому я никогда не притронусь. Но наркотики? Они надежны.
— Он работает, — отвечаю я.
— Точно. Что ж, сегодня вечером мы повеселимся. Куда пойдем?
— В
Эммануэль бросает взгляд в мою сторону. Я знаю, о чем он думает. Почему я не принимаю его в главном заведении?
— Что не так с
По правде говоря, я не хотел, чтобы эти придурки приближались к Шарлотте. Я бы предпочел держать ее подальше от Эммануэля. Мне нравится этот парень. Я буду вести с ним дела и развлекать его, когда он будет в городе. Но я не смогу сидеть сложа руки и смотреть, как он неподобающее ведет себя или говорит что-то неуважительное моей девушке. А у него есть привычка обращаться с женщинами как с кусками мяса. Эту черту он унаследовал от своего отца.
— Новые стриптизерши находятся в
— Меня там поселят?
— Да, — подтверждаю я. — А теперь пошли. Давай выпьем.