Вышел и крадучись прошел до кухни. Остановился в коридоре, заглядывая в приоткрытую дверь. Молча поражаясь, во что превратилась светлая кухня! Тут ураган прошел, а я все проспал? Вся поверхность обеденного стола завалена мукой, какой-то кухонной утварью и уставлена всевозможными банками. Мука даже на полу и дверцах шкафов виднеется. Ника с Фисой стоят же ко мне спиной. Мелочь ногами на стуле с лопаточкой в руке, а Фиса позади нее, помогая той самой лопаткой орудовать.
Но самое притягательное во всем этом кулинарном безобразии – запах. Слюновыделительный, желудок от голода сводящий.
Вафли.
Домашние.
Готов поспорить на треть своего состояния – это они! И эта, казалось бы, обыденная мелочь поразила до глубины души. Что-то в сердце щелкнуло. В голове взорвалось. Ноги идти отказались, требуя стоять и просто смотреть. Привалиться плечом к дверному косяку и наблюдать, какая это сногсшибательно гармоничная картинка: любимая женщина и дочь – вместе. Разговаривают, улыбаются, смеются, готовят. Ветрова умудрилась создать вокруг себя “семью” за считанные дни, тогда как Камилла за много лет не вызвала у меня такого ощущения ни разу.
– А мозно, я поплобую? – полюбопытствовала моя мартышка.
– Конечно, только тихонько. Надо дуть, они горячие, – протянула кусочек вафли Фиса ребенку.
– М-м-м, вку-у-усно! Папоське очень понлавится!
– Правда?
– Плавда!
Я не смог и дальше стоять в стороне. Тихо прошел на кухню и бесцеремонно обхватил Ветрову за талию. Девчонка вздрогнула. Я прижал ее к себе и поцеловал в висок. На мгновение прикрыв глаза, дурея от момента близости.
– Доброе утро.
– Привет, – улыбнулась, Анфиса, оборачиваясь. В глазах можно утонуть, от улыбки растаять. Собственно, я уже и начал.
– Доблое утло, папочка.
– Доброе, чертенок!
– Мы тебя разбудили?
– Этот сногсшибательный запах и мертвого поднимет. Кому продать душу ради ваших вафель?
– Фисе, – улыбнулась дочурка, стреляя глазками в сторону смущенной хозяйки квартиры. – Таких вкусных вафелек ты есе не ел, папоска! Это я тебе тосно говолю.
– М-да? Угостите?
– Конечно, присаживайся за… эм… – осеклась Ветрова, разглядывая из-за моего плеча погром на столе. – Лучше не присаживайся. Мы тут слегка…
– Иглали в догонялки. Я выиглала, пап!
– Молодец, принцесса, только у тебя горят вафли, малышка.
– Упс! Фиса!
– Я... сейчас все уберу. Подожди секундочку.
– Ерунда, я помогу.
– Ну, нет, как же?
– Обыкновенно. У меня так же, как у вас: две ноги, две руки, и я не настолько безнадежен.
– А есе папочка умеет вкусно готовить, – сдала меня с потрохами дочь.
– Правда? – удивленно взлетела бровка Фисы.
– Правда. Но делаю я это редко. Работа отнимает львиную долю времени.
Всегда отнимала. Вот только чувствую, после этой командировки многое в моей жизни поменяется.
Кайф.
Анфиса
Завтрак прошел в максимально теплой обстановке. В такой приятной компании и мой не привыкший к ранним завтракам желудок отнесся благосклонно. А вафли получились не просто отменные, а как заявила Доминика:
– Плиготовленные с любовью!
Ох, еще с какой!
Дружненько наведя на скорую руку порядок на кухне и припрятав остатки продуктов в холодильник, я скинула Светлане СМС, чтобы не пугалась хаосу в квартире. Кровати остались расправлены, посуда не помыта, а время поджимало.
Всю дорогу до отеля Ника шла между мной и Демьяном и, повиснув у нас на руках, воодушевленно скакала через поребрики и лужи. Мы с Нагорным переглядывались и улыбались. Разговаривали преимущественно взглядами. По крайней мере, слов звучало в это утро мало. Нам обоим определенно хотелось бы побыть наедине, но пока что такое было из разряда фантастики.
Прогулка была неспешной, погода на улице стояла прекрасная, но, к сожалению, все хорошее рано или поздно должно заканчиваться. Впереди замаячил отель. Красивый парадный вход с фирменной вывеской бордового цвета и улыбчивым швейцаром в однотонной форме, в этот момент, кстати, встречающий подъехавший к дверям дорогой черный джип.
Не знаю почему, но я засмотрелась на сверкающую на утреннем солнце черную сталь, а потом и на девушку, из авто показавшуюся. Выплывшую из салона, будто изящный лебедь, длинноволосую блондинку с утонченными чертами кукольного лица.
Красивая! В летящем светлом платье, облегающем потрясающую спортивную фигуру, с накинутой на плечи джинсовой курткой и в кедах.
Стоило бы оторвать взгляд, но я “залипла”.
Следом за незнакомкой с заднего сиденья внедорожника выпрыгнули две девчонки. Обе темноволосые и шустрые. Одна примерно семи лет, а одна, на вскидку, ровесница Ники. А с водительского места вышел мужчина. Высокий, как Нагорный. Мощный, немного суровый на вид, качок. Однако стоило ему только посмотреть на малышек и тепло улыбнуться, как черты его лица стали в тысячи раз мягче и притягательней.
Дочки? Наверняка. Похожи как две капли воды!
Глядя на эту семью, мне по-хорошему стало завидно. От них так и веяло полной гармонией. Мужчина обнял блондинку, а она доверчиво прильнула к нему. Эта пара дополняли друг друга как “Инь и Янь”.
Семья.
И почему я до сих пор таращилась на эту семью – вопрос.