Я машинально сжала ладошку Ники сильнее, впервые нарисовав в своей голове картинку, какая из нас с Демьяном получилась бы семья. И это была картинка, от которой слезы на глаза навернулись. Обнять его захотелось и прильнуть так же близко. И больше вообще не отпускать их с Никой! Без них темно и холодно. А с ними в душе вечное лето.
Демьян, будто прочитав мои мысли, отвлек меня от моего беспардонного таращенья на людей, прижимая к себе под бок и спросив:
– Может, все-таки подумаешь о выходном? – предложил второй раз за это утро. – Я организую.
– Нет, спасибо, Демьян. Но это неправильно, – махнула я головой, отказываясь. Вновь.
– Какая разница, Фис? Правильно или нет, я хочу провести день с тобой. Разве это неправильно?
– Ставить свои “хочу” выше моих – вот это неправильно.
– То есть ты “хочешь” работать?
– Я “хочу”, чтобы мне не было никаких поблажек со стороны руководства отеля, – терпеливо повторила я сказанное еще дома, с улыбкой. Развернулась в его руках и пригладила святый воротник рубашки. Он вообще весь выглядел слегка помятым”, но оттого еще милее и уютней. Интересно, а какой Демьян Нагорный у себя дома? В махровом халате, с газетой в руках?
– Я прошу единственную поблажку. Мне, – обхватив пальцами мой подбородок, улыбается Демьян. Да так, что сдаться хочется невыносимо. Но нет.
– Ты ведь понимаешь, как это будет выглядеть в глазах других работников? Сначала ты меня перед управляющим защищаешь, потом со смены отпускаешь…
– Мы стоим и обжимаемся на глазах у всей улицы. Думаешь, им нужны еще какие-то поводы для сплетен, Фис?
– Демьян, нет!
– Ну, за что ты досталась мне такая упрямая? Ты меня доведешь со своим “правильно” и “неправильно”. Я хочу тебя рядом, Фис! – прошептали мне в макушку, увлекая за собой от служебного входа в сторону парадного. – Я не привык оглядываться на чужих. Слушать чужое мнение и ущемлять в чем-то себя только ради спокойствия бездарных сплетников, Ветрова. Я привык к другой жизни.
– Я не готова сесть тебе на шею и свесить ноги. Смирись. И вопрос тут уже не в завистниках. Да, и мне нравится моя работа, как бы странно это не звучало.
– А мне не нравится. И твое начальство тоже.
– Намекаешь на себя? – ухмыляюсь я, тыча локотком его в бок.
– Себя? Ты что, такого идеального, как я, тебе еще поискать надо! – с наигранной важностью ухмыльнулся негодяй. – А если серьезно, то я про эту Наталью Леонидовну. Будь с ней осторожней. Уволить ее у меня не было оснований, но стерва она еще та. И почему-то у меня сложилось впечатление, что она точит на тебя зуб.
– После ситуации с цветами она присмирела. Хотя мы толком после того разговора в кабинете Смита и не пересекались.
– Просто я за тебя волнуюсь. И знай, что чтобы ни случилось, ты можешь сказать об этом мне! – обхватил мужчина ладонями мое лицо, заглядывая в глаза. – Поняла меня? Ты не молчишь, ты не выдумываешь ерунду в своей голове, ты не прячешься и не истеришь, ты идешь ко мне и спрашиваешь прямо. Договорились?
Не молчать? А я молчу. Губу прикусила и пытаюсь сдержать улыбку. Ну, не признаваться же, что мне жутко понравилось это ощущение защищенности. Давно забытое и такое пьянящее чувство, что не все в этой жизни ты обязана делать сама.
– Ветрова? Я не шучу.
Молчу.
– И начинаю злиться, Анфиса!
– Поняла, – не выдержала я, улыбнувшись, – все поняла! – привстала на носочки и чмокнула мужчину в нос.
– Я ожидал другого.
– Другое надо заслужить, – подмигнула я и, вывернувшись из объятий, потянула Демьяна в сторону лобби отеля, где Ника уже вовсю болтала с теми самыми девчонками, на маму и папу которых я не так давно засмотрелась. Сама пара, кстати говоря, уже оформлял номер на стойке ресепшн.
– А вы надолго плиехали в наш отель? – поинтересовалась Доминика.
– Не-а, – улыбнулась та девочка, что постарше. – Папа с мамой перевозят вещи из нашего старого дома в новый.
– Да, мы теперь будем зыть в Вашинтоне, – сказала та, что помладше.
– Вашингтоне, – терпеливо поправила ее сестра.
– О-о-о, клуто! А это далеко?
– Очень!
– Все, – прошептал мне на ушко Демьян. – Чувствую, дочь нашла себе тут новых подружек.
– Меня зовут Доминика, но для длузей Ника, – протянула ладошку наша деловая мелочь.
– А меня Виталина, но папусик с мамусей зовут меня Вита, – не менее серьезно пожала ладонь Ники младшенькая из девчонок. Он, кстати, вблизи показалась мне больше похоже на маму. Тогда как ее сестра была копией отца.
– А я Алексия. Ляся, – это уже сказала старшенькая.
– А это мои папуля и Фиса, – не преминула и нас представить Ника, цепляясь за наши руки и улыбаясь.
В этот момент муж с женой – родители девчонок – уже шли к нам. И вблизи они смотрелись вместе еще круче, особенно на контрасте: большой он и хрупкая она.
Я только успела подумать, что, наверняка, папа у девчонок какой-то спортсмен и где-то я это лицо уже видела, когда услышала от Нагорного:
– Леша? – удивленное. – Да ладно, ты что ли? – Демьян улыбнулся и шагнул навстречу не менее довольному... другу?
– Нагорный? Каким это тебя ветром занесло в штаты? – хохотал тот самый Леша.
Мужчины обнялись, как старые добрые знакомые.