Как-то так вышло, что прежде я воспринимал Эррин как отдельную женщину. Не думал, что она тоже чья-то дочь, сестра, сирота, тянущая на себе брата, который до сих пор меня так и не простил и не принял. Даже не за то, что он столько времени провёл в клетке, а потом я открыл на него охоту. А за то, как я поступал с ней. И я его теперь понимал. Мой крошечный сын рычал даже на саму Эррин, если она отчитывала за что-то нашу характерную дочь…
Я не питал иллюзий, что мне все всё забудут. Но и волосы на себе не рвал – сделанного не воротишь. Зато задался задачей исправить будущее. Изменить следующее поколение своей стаи, а нынешнее заставить покориться новым реалиям – теперь все волки объединены в одну стаю, которой когда-то будет управлять мой двоюродный внук (кот ржал два часа, когда узнал, что я стал дедом, и при каждом удобном случае подъё… то есть подшучивает надо мной по этому поводу. С появлением детей я старался не выражаться в доме) или сын альфы серых, а с барсами у нас теперь мир, дружба, жвачка, как говорит Нир.
Поэтому когда встал вопрос, на чьей территории ставить первый общий детский сад (особенно он был нужен для детей, которые из-за прошлой вражды остались сиротами), я предложил стаю.
Глава прайда разве что у виска не прокрутил, глядя на меня как на больного. Зато неожиданно поддержал альфа серых, убедив, что общий альфа стаи – та самая девчонка, что досталась моему племяннику, поставит всем мозги на место, и напротив, это будет очень даже полезно.
На счёт мозгов я сомневался, конечно. Видел уже пару раз, как она владеет силой. Даже объяснять что-то пришлось, что сам знал. К моему удивлению, она меня не послала, а выслушала и поблагодарила. И тренировалась на особенно отмороженных. Именно они после общения с ней выполняли роль тимуровцев в стае. Я только вздыхал, глядя как вчерашние убийцы, бегают с пакетами из магазина до одиноких бабушек и дедушек, а потом моют им полы. Но девчонка утверждала, что это лучше, чем убить их. Так-то оно так, рабочая сила не помешает. Но всё же я старался лишний раз с ней рядом не стоять, а то зацепит ненароком, и будет у моих детей один отец добрый-добрый, но дурачок.
Окрылённый признанием в чувствах Эррин и какой-никакой стабильностью в жизни (вряд ли после того, как сказала, что любит, пошлёт меня подальше), я принялся за строительство с рвением, с которым прежде ничего ещё не делал. Это станет моей благодарностью. Моим искуплением за сделанное. И когда-то мои дети не будут отводить взгляд, говоря обо мне со сверстниками из стаи серых или из прайда. Они будут знать, что я, как и любое живое существо, совершал ошибки, но постарался их исправить.
Нет. Не так.
Исправил.
Каждый день из центра я теперь торопилась домой. Работа больше не была для меня самым главным в жизни. Я не перестала уделять ей совсем уж мало внимания или быть менее внимательной и въедливой, но всё же приоритеты в жизни с появлением детей изменились. Даже мои подчинённые замечали, что я стала чуть мягче.
Безусловно, при них по-прежнему старалась себя контролировать. И всё так же отгораживалась от дружеских отношений с кем-то – душой компании не стала. Однако, принимать жёсткие решения теперь было непросто. Раньше мне удавалось делать это хладнокровно. Хотя бы внешне. Теперь же для того, чтобы ввести кому-то из пациентов в сложной ситуации экспериментальный препарат, нужна была поддержка. Хорошо, что теперь рядом всегда было аж четыре надёжных плеча, на которые можно опереться и в этом, и в любом другом.
Я больше не была одна. И мне не нужно было быть роботом, чтобы выжить. Потому что сильными и готовыми решить почти любую проблему были мои мужчины.
К счастью, бывших подопытных осталось уже совсем мало в центре. Особенно сложные случаи, которым пока нельзя было помочь. Но зато мы уже давно работали над тем, чтобы создать настоящую истинную привязку через инъекции – не только по ощущениям и притяжению, но и чтобы все остальные элементы связи действовали – регенерация, возможность иметь детей. Не всем оборотням посчастливилось встретить пару, многие хотели просто связать свою жизнь с кем-то конкретным, а не с тем, на кого упадёт выбор Луны. И пусть я вмешивалась в промысел судьбы, но считала, что это очень полезное исследование. Оно помогло бы избежать стольких проблем…
У меня уже были первые подвижки и первые добровольцы, желающие испробовать действие на себе (естественно, без такого желания никого мы не заставляли, а о возможных побочных эффектах предупреждали сразу). И если когда-то я смогу довести дело до конца, то мир оборотней изменится. Они сами смогут строить свою жизнь, и перестанут быть заложниками инстинктов. Если захотят.
