— Она зашла слишком далеко, — рычит мама, невольно сжимая кулаки.
— Иди сядь в гостиной, милая. Сейчас принесу «Тайленол».
— Не буду вам мешать, — говорит Боб. — Подожду в соседней комнате — вот-вот приедет курьер.
Я устраиваю Эшлин на диване и организую ей таблетку со стаканом воды. По-моему, дочка в шоке, хотя ее уже не так трясет.
— Это она, мам, — повторяет Эшлин.
— Почему ты так считаешь? — спрашиваю я, надеясь, что у нее есть доказательства.
— Тиш ехала за мной от самого офиса и до дома Сета. Специально повернула в мою сторону и направила машину прямо на меня — хотела испугать. Подъехала почти вплотную. Я надеялась, что этим все и ограничится, однако нет.
— Испортить машину — не слишком ли дерзко? Тем более на оживленной улице…
— Не знаю как, но это сделала Тиш.
Эшлин рыдает — просто сердце разрывается, глядя на нее… И все же, хочешь не хочешь, а придется сообщить ей правду. Конечно, у дочери будет еще один шок, однако ей следует знать то, что теперь знаю я.
— Должна кое-что рассказать тебе о нашей компании и о папе. Боюсь, для тебя это станет ударом… — Делаю несколько вдохов, собираясь с силами. — Я пришла к выводу, что Тиш причастна к смерти твоего отца.
— Мне тоже так кажется, мам.
Эшлин не сводит с меня глаз, и я беру ее за руку.
— В самом деле? А я все думала, как мне тебя от этого оградить… Не хотела, чтобы ты терзалась, однако ты уже взрослый человек, а теперь еще и один из собственников компании…
Передаю дочери телефон и жду, пока она прочтет сообщения, которые Джон прислал в ночь своей смерти.
— Я их уже читала, — заявляет Эшлин.
— Где ты могла?..
Я вспыхиваю. Если дочь читала эту переписку — значит, видела и другие мои сообщения.
— Забрала папин телефон, — расплываясь в улыбке, объясняет Эшлин.
— Ах ты хитрюга! Как тебе удалось?
— Вытащила из сумочки Тиш на церемонии прощания.
— Ничего себе!.. То есть он все это время был у тебя?
— Нам нужно было следить за Тиш, а с приложением «Найти друзей» это удобнее всего.
— Отличная идея! — Выходит, мы всю неделю были заодно. Больше того, Эшлин может знать больше меня. Интересно, что еще придумала дочь? Что ей еще известно? — Нашла в телефоне что-нибудь полезное, кроме этого приложения?
— Ничего толкового. Поняла, что папа сильно выпил в тот вечер, чтобы продержаться до воскресенья. Дождаться не мог, когда избавится от Тиш. Он ей так и сказал. Эх, что бы ему не уехать в субботу… Зачем он остался? Из порядочности?
— Уверена, Тиш что-то подмешала папе в коктейль.
Пожалуй, не стоит дочери слушать последнее сообщение от Джона. Не сейчас, а может, и вообще никогда. Не хочу, чтобы она запомнила отца таким…
— Как страшно! — Эшлин без сил откидывается на спинку дивана. — Не сомневаюсь, что она могла… Видела бы ты ее лицо сегодня днем! Она просто невменяемая.
— В это трудно поверить, и все же мы с тобой все это время ее подозревали. Тиш — убийца, — вырывается у меня. — Как же я не сумела раньше все сопоставить… И дождалась того, что теперь она пытается покончить с моей дочерью!
— Так ты мне веришь? — спрашивает Эшлин.
— Конечно. Нам следует быть осторожнее до тех пор, пока не избавимся от нее навсегда. У нас с Бобом к тебе одна просьба.
— Да-да, хорошо. А почему вы ничего не рассказали Бриггсу? Он установил бы за Тиш слежку.
— У нас недостаточно доказательств. Если удастся что-то накопать, я к нему обращусь. Сейчас главная задача — вышвырнуть Тиш из компании и признать недействительным это нелепое завещание. Боб ждет необходимые бумаги из своей конторы. Боюсь, с точки зрения закона единственный возможный истец — это ты, милая.
— Тиш будет в восторге. А почему я? — дрожащим голосом спрашивает Эшлин.
Бедняжка, совсем измучилась…
— Поверь, я сама обратилась бы с заявлением. — Беру дочь за руку. — Однако прямая наследница — ты… Ну что, готова?
Брякает дверной звонок — наверняка пришел курьер. Боб открывает и уже через минуту заходит к нам с документами. Я вручаю дочери ручку:
— Вот и заявление, милая. Пожалуйста, прочти внимательно, а потом подпишешь, если со всем согласна.
Эшлин кивает.
— Зачем мне читать? — говорит она и расписывается на последней странице. — Я тебе доверяю. Нужно избавиться от Тиш, пока она еще что-нибудь не придумала.
Боб забирает подписанные бумаги, и мы выходим в соседнюю комнату.
— Я немедленно подам иск. Запритесь, включите охранную систему. Если что — звоните. То есть лучше сначала вызвать Бриггса…
Я возвращаюсь к дочери.
— Как только иск зарегистрируют, Тиш будет в курсе, что завещание оспариваешь именно ты.
— Мне все равно, — Эшлин вытирает мокрые глаза. — Хочу выяснить, действительно ли она убила папу.
— Понимаю тебя. Мы обязательно докопаемся до сути. И помни: ты очень много значила для папы, и он никогда не вычеркнул бы тебя из завещания. Когда до меня это дошло, я начала изучать хронологию событий. Я ведь помнила его сообщения, но, пока не перечитала их, не сообразила, как отчаянно они звучат. А если сопоставить их с датой регистрации завещания, все встает на свои места.
