— Итак, завещание — явная подделка. Джон любил Эшлин больше жизни, однако лишил ее наследства. Завещание зарегистрировано за неделю до его внезапной смерти и оставляет все совершенно другому человеку. Вряд ли это совпадение. Это убийство, Боб.
Мой голос дрожит. Наверное, все-таки смерть бывшего мужа для меня большое горе. Ужасно погибнуть от руки молодой жены! Я судорожно вздыхаю, и Боб вскакивает с дивана.
— Кейт, ты должна знать, что суд не примет голосовые сообщения в качестве доказательства. Согласен с тобой: Тиш причастна к смерти Джона, поэтому я и рассказал тебе о дате регистрации завещания.
Вот это другое дело.
— Что мы можем предпринять?
Я встаю; команда готова к атаке.
— Выдвинем против Тиш обвинение в подделке завещания. Шансы на быстрое решение в твою пользу и в пользу компании неплохие. И на акциях это скажется положительно, — говорит Боб.
— Годится. Давай в первую очередь опротестуем подделку.
Складки на лице Боба разглаживаются. Старый юрист боится Тиш, ему проще работать с документами. Ну и отлично. Разберусь с ней сама.
— Необходимо доказать, что Джон никогда не написал бы подобного завещания. Мы соберем самые мелкие факты, чтобы представить стройную версию в суд по делам о наследстве.
Забираю фальшивку со столика и вновь перечитываю текст.
— Здесь ничего не говорится о должности, которую Тиш займет в компании. Никаких упоминаний о двух президентах.
— Верно!
Перевожу дух, пытаясь успокоиться.
— Как же мне не винить Джона? Влюбился в женщину, которая его убила… А теперь она претендует на мою компанию. Знаешь, я читала, что фальшивые завещания сложно оспорить, а ведь они встречаются совсем не редко.
Элементарный поиск в интернете выдает, что в подобном мошенничестве обычно замешаны исполнитель завещания, родственники (вторая жена) или их поверенные (Джордж Прайс). Главный признак — кардинальные изменения в завещании (что уж говорить о совершенно новом документе!). Все источники подтверждают, что доказать подделку в суде очень непросто. Потрясающе.
— Не переживай, — Боб откашливается. — У нас в конторе целая команда адвокатов по таким делам. Поверенный Тиш уже уведомил нас, и мы готовим возражения.
— Кстати, о поверенном. Как думаешь — был Прайс в Теллуриде в тот день, когда умер Джон? Не он ли помог Тиш организовать преступление?
Вопрос интересный, однако вряд ли нам удастся доказать причастность Прайса.
Боб опускается в кресло.
— Как знать… От него можно ожидать чего угодно — тот еще фрукт. Имеет небольшую практику в Восточном Кентукки. Похоже, его контора дышит на ладан.
— Он — дядя Тиш. Во всяком случае, так мне сегодня сказала их администратор.
— Я займусь этим вопросом.
— Сейчас главное — доказать, что подпись на завещании — фальшивка. У нас есть образцы на контрактах и на настоящем завещании. Срочно обращайся в суд, чтобы получить доступ к регистрационной книге нотариуса. Кто-то сыграл роль Джона, — настаиваю я.
— Я уже нанял экспертов. Скорее всего, Прайс просто скачал завещание из интернета, — размышляет Боб. — Так или иначе, мы их переиграем.
Я улыбаюсь. В чем в чем, а в этом сомневаться не приходится.
— Может, Тиш и сойдет за умную в уличной компании, однако в бизнесе она полный ноль. Она мне за все заплатит.
Боб вытирает пот со лба.
— Эшлин — прямая наследница, и должна была получить часть имущества по завещанию, однако ей не досталось ничего, так что заявление лучше готовить от ее имени.
— Вот это уже деловой разговор.
— Подадим гражданский иск в суд по наследственным делам. По законам Огайо твоя дочь считается «уполномоченным лицом». — Боб мнется у входной двери. — Я не против попытки доказать, что Тиш убила Джона. Однако начать следует с гражданского иска. Мне потребуется подпись Эшлин на исковом заявлении — чем раньше, тем лучше.
— Подготовишь документы — направь их сюда курьером. Эшлин подпишет, как только появится дома. Она ведь тоже сыта по горло этой Тиш и полностью в курсе дела.
С другой стороны, интересно: считает ли дочь убийцей эту женщину? Согласится ли со мной? Ведь Тиш и в самом деле убийца — стоит лишь посмотреть на хронологию событий.
Боб снова начинает ходить по комнате — кому-то звонит. Наконец опускает телефон в карман и объявляет:
— Бумаги пришлют в течение часа.
Возвращаюсь на кухню. Боб идет следом. Я просто ошеломлена — Тиш отравила Джона… Как может один человек убить другого? Каким же чудовищем надо быть, чтобы свести в могилу мужа в надежде получить деньги? Почему бы просто не подать на развод? Должно быть, она была ослеплена ненавистью. Знакомое чувство…
Воображение услужливо рисует сцену на террасе пентхауса в Теллуриде, откуда бывший муж отправил мне фотографию с графином «Маргариты», и я сглатываю комок в горле. Джон и не подозревал, что молодая жена замыслила убить его в тот вечер. Да, вкус напитка показался ему странным, и все же он не стал отказываться от коктейля — так хотел забыться.
Ох, Джон… Что же ты наделал, какой страшной смертью умер…
Я смахиваю слезу.
— Ты в порядке?
