— Нет-нет, стой, Марк. Куда домой? Я не поеду в ту квартиру. Я живу у Вавиловых и…
Скольников резко остановился и, обернувшись, обжег меня уже знакомым хищным взглядом, настолько наполненным чем-то первобытным и животным, что я невольно поежилась. С легкой играющей улыбкой он произнес:
— Ну ты же не хочешь, чтобы наш сын обижался на то, что его папочка упек родную бабулечку за решетку? — Я отрицательно покачала головой. — Ну вот, а ущерб нанесен крупный, Карина. Конечно, если юристы очень хорошо постараются, то можно довести все и до штрафа. А можно и сесть. До трех лет, — Марк сейчас не издевался и не шутил, он был серьезен настолько, что я ни на мгновение не усомнилась: он не отойдет от своих слов. — Ну что? — Марк протянул мне руку. — Домой?
— Домой… — прошептала я и вложила свою ладонь в его.
Марк привез меня все в ту же квартиру, которая с недавних пор отзывалась во мне смешанными чувствами. Там мне было очень хорошо. Когда-то… а потом там жила мама.
— А мама? — вторила я своим мыслям.
— Не переживай, я уже отправил к ней адвоката. Ее отпустят. Завтра сам займусь этим и сниму обвинения.
Лифт открылся, Марк быстро вышел из него, а я застопорилась.
— Марк!
— Чего? — Мужчина обернулся, затем вернулся и, твердо, но в то же время очень нежно взяв меня за локоть, потянул из лифта. — Что, Карин?
— Я не хочу, чтобы она… — Я облизала губы, размышляя о том, как именно сформулировать то, что было у меня на душе.
— Она не будет с нами жить. Не переживай. И сюда не вернется. Насчет Кристины решай сама. Хочешь, она будет жить с нами, но учти, что меньше чем через месяц мы переедем в новый дом. — Я в удивлении округлила глаза, и Марк поспешил ответить на мой невысказанный вопрос: — Дом, который находится по соседству с Вавиловыми. Я надеюсь, тебя это порадует. — Скольников легко улыбнулся, а затем повел меня к двери, так и не отпуская моего локтя.
Сейчас я не хотела анализировать его слова, думая лишь о том, как мне теперь успокаивать сестру. Кристина была в гостиной, сидела на диване, поджав под себя ноги, а рядом с ней был Рома. Он, положив ее голову себе на плечо, успокаивал вздрагивающую от слез сестру, поглаживая ее по волосам.
— Кристин, — протянула я, и сестра тут же оттолкнула Рому и подскочила ко мне. — Все хорошо, — обняла я ее, — пойдем поговорим.
Я уже знала, в какой комнате жила здесь Кристина, в ней я и собиралась остановиться. В свою спальню Марк меня не затащит, потому я даже не посмотрела на него, пока проходила мимо. Слава богу, что и он сам не стал на чем-то настаивать.
Поговорив с сестрой, я просто уложила ее спать, даже несмотря на то, что был всего седьмой час вечера. Как только она уснула, я порылась в ее шкафу и, взяв ее длинную футболку от пижамы, переоделась в нее. У штанов была слишком тесная резинка, и она уже давила мне на живот, но вот футболка была до середины бедер, а потому я чувствовала себя в ней более или менее комфортно. После этого я, даже не умывшись и не ополоснувшись, легла рядом с Кристей и сразу вырубилась.
Темнело все еще рано, а потому мой организм так же, как и Кристинкин, с легкостью перепутал вечер с ночью, особенно после такого насыщенного на события дня.
Не знаю, сколько я проспала, но проснулась от щелчка дверного замка, довольно тихого, но отчего-то я его услышала сквозь сон и, вздрогнув, распахнула веки. Поняв, что кто-то открыл дверь, я приподнялась на локтях и начала оглядываться, надеясь, что глаза быстрее привыкнут к сумраку.
Никак не думала, что Марк пойдет меня будить, отстаивая свои правила, но, разглядев ночного гостя, я удивленно охнула и, тут же откинув одеяло, поднялась с кровати, а потом практически как змея зашипела, наступая на Романа:
— Ты что здесь делаешь?
— Я? — Парень выпучил глаза. — Да так, мимо проходил, — махнул он и попытался тут же сбежать, но я его уже нагнала и, вцепившись в его локоть, вышла вслед за ним из комнаты, плотно прикрыла дверь, чтобы ни в коем случае не разбудить сестру.
— Ты знаешь, сколько ей лет?
— Знаю, — состроил он насмешливую гримасу, передразнивая меня. — Через месяц будет восемнадцать, и что?
— Отстань от нее. — Я отпустила его локоть и ткнула пальцем ему в грудь.
— Не лезь, а, — уже более серьезно проговорил он.
— Как это не лезь? Она в школе учится, Рома. Ей экзамены сдавать и поступать. А ты к ней в комнату по ночам шастаешь? Долго шастаешь, а?
Рома нахмурился и поджал губы, но ничего не ответил.
— А может, ты и ей так же, как мне, таблеточки подсовываешь? — закричала я, позабыв и про сон сестры, и про все на свете, потому что разозлилась неимоверно.
— Ну так тебе таблетки-то вон как помогли, — ухмыльнулся он. — Мужика отхапала. У матери моей, между прочим, не получилось, — оскалился он, а я взметнула руку и со всего размаху, со всей той болью, что клубилась во мне, дала Роману ладонью по щеке.
Он мою руку не поймал – может, не успел, может, просто не захотел, – лишь растер покрасневшую после удара щеку и все с той же усмешкой произнес:
— Признаю, заслужил, — кивнул он, — только это не повод лезть в наши отношения с Кристиной.
