Дурной сон, бред сознания… Роман не мог променять ее на какую-то малознакомую девчонку! Карина мелькала перед его глазами больше года, провернула столько ухищрений, чтобы заинтересовать. И что? Когда до свадьбы осталось совсем немного, объявилась какая-то бездарная рисовальщица, и Романа как подменили!
Пусть бы игрался, она не прочь, раз так приперло. Но он сказал, что с этой девкой у них все серьезно, попросил, чтобы она, бывшая невеста, здесь больше не появлялась.
Как он мог поступить так?.. Бессердечная сволочь!
Злые слезы брызнули из глаз.
Карина остановилась, переводя дыхание. Надо успокоиться, от гнева появляются морщинки. Хорошо, что у ее позора нет свидетелей.
Отойдя в нишу возле окна, где стояли две пышные пальмы, Карина достала пудреницу. Увиденное в зеркале резко отрезвило. У нее глаза покраснели из-за Романа! Еще сосуды лопнут, надо осторожнее быть.
– С пятницы моя жизнь превратилась в ад!
Лишенный пафоса выкрик заставил Карину зайти за цветы. Мимо нее прошло двое – назойливый Антон Кондратьев и смутно знакомый парень.
– У меня деньги увели со счета, в личку стучат извращенцы, пришел штраф за машину, хотя ее у меня нет! Сегодня звонили приставы, хотят описать имущество за алименты, хотя у меня нет детей! А кредит, которого я не брал, на строительство кошачьего приюта?.. Прекрати это, Антон!
Молодые люди остановились неподалеку. Карина смотрела им в спины, они же ее не заметили.
– Денис, я тут каким боком?
– Это началось после того, как по твоей просьбе я занялся Алиной!
– Думаешь, это она мстит? Так поговори с ней, пусть отцепится.
– Она явно в этом замешана! В субботу утром я позвонил ей, а уже вечером мои личные фотки утекли в Сеть.
– Какие фотки? – напрягся Антон.
– Личные, я же сказал! – рявкнул Денис и несчастным голосом добавил: – Фото, на которых я с женой мэра. Теперь еще и эта курица названивает, говорит, что я разрушил ее брак…
– Так оно и есть, – хмыкнул Антон. – Какого фига ты их хранил?
На риторический вопрос Денис не ответил, умоляющее попросил:
– Помоги мне, пожалуйста!
– Как? – Антон пожал плечами. – Мэра я почти не знаю.
– Хотя бы денежно помоги! Мне сегодня следователь звонил, сказал, что возобновляет дело Харитоновой, мне нужен адвокат.
– Подруги Алины? – поразился Антон. – С чего вдруг?
– Сказал, открылись новые обстоятельства, имеющие существенное для дела значение. Следователь заявил, что это не самоубийство, а доведение до него.
Антон фыркнул.
– Глупости! Ну и пусть копаются, тебе-то что?
Денис промолчал.
– Ладно, давай позже созвонимся, меня невеста ждет, – озабоченно заявил Антон и уже собрался развернуться в обратную сторону, как Денис схватил его за кисть.
– Антон, ты ведь мне поможешь? Это ведь из-за твоей мнительной невесты я полез к Алине и на меня посыпались неприятности!
Антон резко стряхнул чужую руку. Однако голос его переполняло сочувствие:
– Успокойся, Денис. Все наладится, я уверен. И конечно, я тебе помогу, деньгами в том числе. Вечером встретимся в нашем баре, хорошо?
– Когда? – требовательно спросил Денис.
– Я позвоню, идет?
– Идет… Спасибо, Антон! Ты настоящий друг!
– Ага. Сам дойдешь? А я к невесте, ждет уже.
Денис понимающе кивнул и распрощался.
Не дожидаясь, пока товарищ уйдет подальше, Антон достал из кармана джинсов телефон.
– Здравствуйте, Иван Алексеевич. Будьте добры отметить, что гостевой пропуск на имя Дениса Неверова недействителен. Да, с сегодняшнего дня.
Выдохнув с облегчением, Антон развернулся и прошел мимо Карины, снова не заметив ее.
Девушка усиленно размышляла, гадая, что ее царапнуло в разговоре. Нечто важное, что она сможет использоваться в своих интересах.
Дениса она вспомнила – назойливый прилипала, не представлял из себя ничего, но пытался дружить с теми, у кого были деньги. Хорошо, что Кондратьев решил избавиться от неудобного дружка…
Так что же она услышала? «Мнительной невестой» Денис назвал девчонку, на которую запал Роман. А ведь это знак! Почему она не подумала раньше, что воздействовать можно не только на своего жениха?.. Если эта Дарья мнительна, ее легко убрать с дороги.
Осталось лишь понять, как нанести результативный удар с первой попытки.
Чтобы зайти в кабинет, пришлось нажать локтем на ручку. Толкнув дверь задом, я захлопнула ее. Чудеса акробатики пришлось проявлять из-за огромной чашки кофе в одной руке и контейнера с салатом и куриным филе – в другой. О втором завтраке позаботился Рома – по телефону позвал на кухню и вручил аппетитный перекус.
Когда я покраснела и покосилась на камеру, мой директор усмехнулся и пообещал, что эта компрометирующая запись вечером будет удалена. Он безобидно подтрунивал, а я все никак не могла справиться со смущением.
Несколько часов назад, когда он меня целовал, я не помнила ни о том, что работаю на него, ни о финансово-социальной разнице. Когда любовный дурман схлынул, я ужаснулась. А как все будет? На меня будут все коситься. Здесь, в офисе, и среди друзей и знакомых Ромы.
