— Я приношу свои извинения, Филипп Константинович, случился форс мажор. У меня возникли очень серьезные личные обстоятельства. Вопрос уже решен. Я немедленно выхожу и буду на рабочем месте. Простите меня, пожалуйста, такого больше не повторится. Обещаю.
Молчание в трубке длится довольно-таки долго, но я не прерываю эту гнетущую тишину. Знаю немного Белецкого. С таким на рожон нельзя. Остыть должен. Жесткий он. Грозный. А со студентами иное отношение вероятно недопустимо, учитывая какие кадры у нас учатся.
Казалось бы, уж в медицинском-то что делать мажорам и баловням. Все же профессия ответственная. Не подразумевающая проф непригодность, ведь напрямую имеешь дело с жизнями людей.
Но вот нет. Все немного иначе. Особенно на факультете Ильи много баловней богатых родителей, которые загорелись идеей отдать чадо в мед, чтобы в дальнейшем собственную клинику возглавляли.
Как однажды сказал один мой препод то ли шутя, то ли в серьез, поставив мне высший бал — учись Вишневская, учись на отлично и однажды твой менее талантливый сокурсник возьмет тебя на хорошо оплачиваемую должность в своей клинике.
— Так, Алина, — начинает декан и берет паузу, а у меня перед глазами жизнь уже пролетает. Понимаю степень своего попадания и проблемы, которые могут упасть на мою голову если декан обозлится.
Как любит говорить Белецкий — на “отлично” предмет могут знать только высшие силы, на “хороший” бал — преподаватели, а на “удовлетворительный” старательные студенты.
То есть в переводе со сленга — захочет мстительный декан завалить — не видать мне отличного диплома и рекомендаций.
— Хорошо… — наконец нарушает молчание мужчина, — Вишневская, у нас сегодня делегация. Весь факультет на ушах стоит. Так что немедленно явитесь в деканат и приступите к своим прямым обязанностям. Немедленно!
Чуть повышает голос и отключается, а я снимаю куртку с вешалки и влезаю в рукава, неуклюже из-за спешки, быстро одеваю туфли, нагибаюсь на мгновение, и голова кружится, меня ведет.
— Куда собралась, Алиночка?
Голос бабы Нюры раздается с кухни, она шаркающей походкой идет в мою сторону.
— Бежать надо, баба Нюр. Я как-то забыла у вас обо всем! Прогуляла пары! Вылетело, что сегодня же среда. У меня обычно отгул, но сегодня испанцы с делегацией… и все на ушах… а меня…
Выговариваю обрывками, наконец заканчиваю натягивать обувь и выпрямляюсь, чтобы заглянуть в лицо женщины.
Мне бежать надо но почему-то останавливаюсь и замираю на мгновение. Словно ожидая чего — то и баба Нюра действительно выдает бессвязную мысль.
— Иди Алина. Иди. Как будет, так будет. Тот, кто всю эту кашу заварил, ложку горечи сам съест… вину искупит… а тебе идти надо. Простить. Время…
Она словно еще что-то сказать хочет, но звонок в дверь заставляет меня подпрыгнуть, и бабушка моргает, смотрит на меня словно ничего только что не произошло и уже спокойно проговаривает.
— Та, кого принесло, иду…
Шаркает к дверям и открывает:
— Соседка, соль одолжи. Мой забыл. Послала в магазин со списком. А у меня тесто…
Не особо прислушиваюсь к болтовне соседки бабы Нюры, беру рюкзак и чмокаю бабушку в щеку:
— Баба Нюр, спасибо за все. Я побежала.
— Иди, Алиночка, иди… — отвечает бабушка и я вылетаю за дверь, полноватая женщина сторонница, дает мне пройти, а я на мгновение оборачиваюсь на бабушку Нюру и замечаю как она мой след крестом осеняет.
Улыбаюсь с теплом. Есть еще добрые люди на земле. Не все прогнили. Есть и те, кто в сложный час руку протягивает и в меру своих сил помогает.
На глаза наворачиваются слезы. Но я отбрасываю тяжкие думы.
Бегу вниз по лестнице и направляюсь в университет. Переживания переживаниями, а работа по расписанию. Белецкий прав. Нельзя расклеиваться и забывать про цели. Про то, чего я всегда хотела достичь в жизни.
Быть врачом — это мое призвание. Я всегда верила в это. Если кто при выборе думал о хорошей жизни, которую может дать скажем специализация пластической хирургии, то я мечтала всегда помогать детям. Лечить. И не в столице, а к себе в город вернутся. Там поставить поликлинику со всем необходимым.
В глубинке ведь как. Не всегда все есть.
Автобус приходит быстро, я заскакиваю в него и мысленно подгоняю его вперед. Наконец нужная остановка. Выбегаю и быстро перескакиваю по лестницам, влетаю в парадную и бегу на этаж деканата.
Захожу в кабинет и меня парализует.
Я буквально прирастаю к полу и смотрю во все глаза на наглеца, развязно сидящего в кресле, с закинутыми на стол ногами.
— Приперлась- таки. Ждать себя заставляешь. Не хорошо.
Арсений.
Срабатывает рефлекс, разворачиваюсь на каблуках и бегу к двери. Пугает он меня. Блеск в глазах на грани одержимости какой-то.
Нет там адекватности и тормозов. Здравого смысла и понимания, что мы не просто в стенах университета, а вообще-то в деканате!
Только вот до меня неожиданно доходит, что здесь сегодня непривычно пусто. Сегодня все по делам, или в зале приема, встречают делегацию.
— Алина… — на распев протягивает Арсений.