За этой пантомимой с интересом следил высокий синеглазый брюнет в форменном мундире главы Имперской службы безопасности. Арманд чувствовал себя самым счастливым человеком во вселенной. Ну или в галактике, по меньшей мере. Спустя всего двое суток после того, как были раскрыты личности заказчиков, пусть и двух, были обнаружены ниточки, ведущие и к оставшемуся неизвестным третьему. Еще спустя сутки, сразу же после ареста Трахты, о котором не сообщили широкой общественности, за эти ниточки осторожно потянули, начиная разматывать крайне запутанный клубок, после чего покров тайны был сорван, а личность заказчика определена окончательно.
Мужчина слегка скривил губы в довольной улыбке, подавая знак подчиненным. Захват Зинджа будет произведен с максимальными предосторожностями. Чутье опытного разведчика упорно шептало ему, что третья фигура выглядит немного… подозрительно. Конечно, невиновным Зиндж не был, вот только действовал он в связке с Таркином, это тоже удалось определить, а значит, их можно считать за одну фигуру. Однако были нюансы, позволяющие утверждать с уверенностью, что есть кто-то еще. Некто, выдвинувший на первый план толстяка, а сам спрятавшийся за его спиной. И этот некто тоже принадлежит к самой верхушке…
— Господин Иссард.
Звонкий детский голос заставил вздрогнуть, но Арманд тут же взял себя в руки, поворачиваясь к неожиданному собеседнику. Да еще и здесь. Сенат — это не то место, где мог бы с радостью находиться ребенок, впрочем, от этого дитятки никогда не знаешь, чего ожидать.
— Ваше императорское высочество, — уважительно поклонился директор СИБ. — Что привело вас… сюда?
— Да так, — хмыкнул ребенок, весело поблескивая голубыми глазищами. — Наблюдаю за этой ярмаркой тщеславия. А вы явно… — мальчик хихикнул, — посвежели. Теперь не просто зомби, а умертвие высокого ранга. Что ж вы так? Не бережете себя… А? Нехорошо! Хотя… Лечение пошло вам на пользу. И это радует.
— Меня так точно радует, — сверкнул глазами брюнет. — Однако повторю вопрос. Что вы здесь делаете? Сенат — это не место для прогулок. Пусть и с охраной, — Арманд недовольно оглядел стоящих полукругом гвардейцев. Люк безмятежно улыбнулся:
— Мне ничего не грозит. Здесь. Кроме того, я чувствую, что мое присутствие в данный отрезок времени в данном месте… м-м-м… желательно. Владыка в известность поставлен. И одобрение я получил… Кроме того, это не развлечение…
— А что? — с интересом прищурился Иссард. Люцифер лукаво усмехнулся:
— Практика. Мне надо привыкать к толпе.
— У вас боязнь толпы? — недоуменно поднял бровь брюнет. Мальчик тихо рассмеялся:
— У меня? Что вы. Не с моей социопатией. Просто тренировка. Сила, — пояснил Люк, не вдаваясь в подробности, окидывая простирающееся перед ним живое море, состоящее из разумных, заполоняющих в данный момент огромнейший зал. Сам Арманд и Люк с гвардейцами стояли перед очень узким, не больше полуметра в ширину, балконом, слегка возвышающимся над толпой. Своеобразный наблюдательный пункт, в который переходило внутреннее помещение, позволял видеть происходящее снаружи, оставаясь невидимыми для остальных.
Мальчик с интересом осмотрелся, скользнув взглядом по толпе… Неожиданно он нахмурился, прикипев взглядом к кому-то определенному. Иссард тут же встрепенулся, зорко оглядывая пеструю толпу, профессионально отмечая, кто привлек внимание Наследника.
— Кто это? — голос ребенка похолодел, и Арманд подобрался.
— Кто именно, Ваше императорское высочество?
— Вот этот живчик в мундире. Средний рост, короткая стрижка, усы, лишний вес и маска клоуна во всю морду лица.
Иссард фыркнул, одобрительно покосившись на мальчика, внимательно наблюдающего за передвижениями мужчины. Очень точная характеристика.
— Зиндж.
— Зиндж… — задумчиво повторил мальчик, видимо, пытаясь вспомнить, кто это.
Глава СИБ стрельнул глазами, отмечая, с каким вниманием Люцифер смотрит на снующего по залу моффа. Тот вовсю общался, шустро передвигаясь, отшучиваясь, скалясь… Вот только Арманд видел, какие цепкие у мужчины, построившего свою карьеру на бомбежке Датомира, глаза. Его не обманешь… Впрочем, как оказалось, Люцифера — тоже.
— Что он тут делает?
— Портит жизнь сенатору Мотме.
Люк изумленно поперхнулся и повернулся к Арманду, отслеживающему перемещения агентов, медленно, но верно направляющихся к Зинджу.
— Мотме?
— А что вас удивляет? — пожал плечами брюнет, с интересом наблюдая за рыжеволосой сенаторшей, демонстративно обливающей Зинджа презрением каждый раз, когда тот появлялся в поле ее зрения.
— Мофф Зиндж все надеется обаять прекрасную госпожу сенатора. А она все не поддается.
— Гхм! М-да… — Люк хмыкнул, осмысливая пикантные новости. Ну надо же! Настоящая Мотма! Молодая. И не успевшая поехать крышей на почве Восстания.
— Это та, которая «Петицию двух тысяч» обнародовала?
