Его цена полностью

Руки упирались в его плечи, чье-то лицо наклонилось к нему, чтобы прошептать что-то на ухо. Но он не реагировал, не качал головой в знак протеста или согласия.

Папа все наблюдал за тем, как я приближался, а потом сжал пальцы в кулаки в районе пояса.

«Нахрен это дерьмо! Это закончится прямо сейчас!»Я устал от всего, что он взваливал на меня с самого гребаного рождения. Я никогда ничего не делал так, как нужно. До сих пор.

Я собирался сделать то, чего он хотел, но с Ноэллой все пошло не так. Каждая клеточка его мозга должна была понять, что я действительно чувствовал, о чем думал, и если бы мне пришлось...

Бл*ть, все это уже не имело значения. Эта женщина, в конце концов, вдохнула в меня жизнь. И она заслуживала того, чтобы к ней относились с уважением. Ни ее прошлое, ни настоящее, ни даже ее гребаное будущее его не касалось.

Я ускорил темп, шагая по мраморным плитам. Я не обходил других людей в комнате, а проталкивался через них, расчищая путь плечами, руками и своим чертовым пылающим взглядом.

В этот раз никто не встанет у меня на пути.

Остановившись у его причудливых черных туфель, я прорычал:

– Ты – настоящий мудак, – слова легко слетели с моего языка. – Ноэлла не заслуживает этого, ты ничего не знаешь о ней.

Мой отец был такого же роста, как и я, так что его гребаный нос и волосы касались меня.

– Отступи, сынок, – прорычал он себе под нос, – я не позволю тебе оскорблять меня в присутствии этих людей, ты понимаешь это?

– Я больше не ребенок, и ты не можешь разговаривать с людьми в таком тоне. Она не ниже нас, она не ниже тебя. Ноэлла будет рядом со мной. Так что тебе лучше привыкнуть к этому.

Я мог почувствовать, как у меня затряслись руки, пока маленькие импульсы скручивали мои сухожилия. Жар прожигал кости, пока тело наполнялось яростью.

На лице отца появилась злобная усмешка.

– Твоя девушка – шлюха, Хиган. И она никогда не будет хороша для нашей семьи, – выдохнул он, и его дыхание достигло моего носа. Смесь шампанского и икры.

Меня чуть не стошнило. В этот момент, я не смог себя остановить. Брэндон Александр только что сказал мне худшую вещь, которую только мог произнести.

Он назвал мою девушку шлюхой! Он бл*ть даже не знал ее, так кем он себя возомнил, чтобы осуждать Ноэллу? Человек, который называл себя спасителем маленького штата, человек, чей рекламный плакат гласил:«Я тот, кто испытывает огромную гордость за то, чем занимаются все люди».

Мой отец был гребаной фальшивкой.

Прежде чем я смог остановить себя, или хотя бы продумать свой следующий ход, я отвел назад руку. От переполнявших меня эмоций, мускулы напряглись чисто инстинктивно. Тяжелым ударом кулака я поразил его челюсть.

Мой отец упал, растянувшись как бревно. По всей комнате раздались громкие вздохи. Гости прикрывали рты ладонями и в недоумении обнимали себя руками.

Нависнув над ним, я увидел, как открылись его глаза. Он быстро заморгал и потер рукой подбородок. Моя тень поползла по побледневшей коже папаши, когда я наклонился над его лицом.

– Ты заслужил это, и ты это понимаешь, – моя грудь быстро поднималась и опускалась, пока я с трудом восстанавливал собственный контроль. – И чтобы ты знал, мне плевать на твое сраное предложение. Ты можешь забрать свои деньги и засунуть их себе в задницу. Они мне больше не нужны.

Я не понимал, что на меня нашло. Раньше я так сильно заботился о сохранении своей доли в бизнесе, держа руку на этом горшке золота. Но после того, что он сказал и как отнесся к Ноэлле, все это исчезло.

Деньги, ребенок, то, что он угрожал оставить меня ни с чем – больше ничего не беспокоило меня.

Я знал, чего хотел и что мне было нужно. Мне была нужна Ноэлла.«Она хочет быть частью моей жизни, я это чувствую. И я не хочу оставаться без нее. Никогда».Это не его выбор. А мой.

И без нее, ничто больше не будет иметь значения.

Развернувшись, твердыми шагами я стал удаляться от сбитого с толку отца. Подошедшие к нему гости окружили его, чтобы помочь подняться с пола. Я услышал слабый вопль мамы из задней части зала.

Я взглянул на нее через плечо. Она присела рядом с отцом и гневно кричала, чтобы я вернулся. Так и не подняв головы, я отрицательно покачал ею.

Не в этот раз.

Я толкнул дверь, в которую Ноэлла и Стефан только что вышли. В доме было несколько разных телефонов, так что я не знал, к которому из них он ее повел. Даже не догадывался, что означало, что искать их мне придется долго.

Стефан будет следующим, из кого я выбью все дерьмо. Именно он рассказал отцу о том, что Ноэлла была стриптизершей. Это было не его дело, но он сделал все, чтобы разузнать об этом более подробно.

Я был чертовски взбешен, как бутылка с газировкой, которую встряхнули, но которая пока еще не взорвалась. Отец получил свое, и теперь должна была наступить очередь Стефана.