Адам промолчал. Мы закончили ужинать, встали из-за стола и направились обратно во дворец. Душа не хотела расставаться с мужчиной так быстро, но разум кричал, что это неправильно, напоминая о моей настоящей причине нахождения на отборе. Холодный ветер снова хлынул в лицо, я поёжилась. Всё-таки глупо было выходить на улицу вечером без накидки.
— Ты как всегда, шпионка, — Адам рассмеялся и снял с себя тёмный камзол. — Надень, а то заболеешь.
Я покачала головой и начала натягивать эту типично мужскую вещь на себя. Запуталась в рукавах, случайно ругнувшись, и покраснела. Молодец, Барбара! Даже камзол надеть не можешь!
— Давай помогу, — король потянулся ко мне, поправляя рукава. — Ты такая смешная, когда злишься.
— Мне все так говорят.
Он уже закутал моё тело в камзол и успел положить руки на талию, притягивая к себе. В нос ударил его притягивающий запах, и я неосознанно приоткрыла губы. Веки задрожали, а по телу словно прошлась морская волна.
Адам наклонился ближе и оставил нежный поцелуй в уголке рта. Я замерла, а потом поднялась на носочки и обняла его за шею. В тот же миг наши губы соприкоснулись. Сначала нежно, а потом со стремительно нарастающей страстью его горячие пухлые губы терзали мои. Поддавшись чувствам, я прикусила его нижнюю губу и улыбнулась, а после опустила руку в тёмные густые волосы, разрушая безупречную укладку. На секунду Адам оторвался от меня, но после снова припал к губам как путник, который долго находился без воды.
На секунду разум прояснился, я мягко оттолкнула его и спросила:
— Адам! Что мы творим?
Он улыбнулся, поглаживая горячей ладонью мою правую щеку.
— Как что? Целуемся?
И снова припал к моим губам.
— Пора идти, — в который раз сказала Адаму, который всё не желал отпускать меня. — Служанка за дверью, она может выйти в любой момент.
Мы стояли в метре от моей комнаты, до которой ползли около тридцати минут, потому что не могли перестать целовать друг друга. Губы уже опухли, а щеки неимоверно горели от переизбытка эмоций. Глубоко вздохнув, Адам в последний раз прикоснулся к моей щеке.
— Ты права. Я пойду. Спокойной ночи.
Он ушёл, скрывшись среди множества дворцовых коридоров, а я глубоко вздохнула, пытаясь переварить произошедшее. Но голова, как назло, всё сильнее наполнилась противоречивыми эмоциями. И как мы умудрились начать целоваться? Адам ведь никогда не оказывал знаки внимания именно как к возможной невесте. Я думала… Я думала, что между нами только лишь деловые отношения!
Пошатываясь от переизбытка чувств, вошла в комнату. Единственным источником света служила свеча, что стояла на туалетном столике. В полумраке смогла разглядеть Ирэн, которая тихонько сопела в кресле, укутавшись в небольшой плед. Из распахнутого окна дул прохладный летний ветер, а на тёмном небе расположилась яркая луна.
Не стала будить служанку, чтобы ненароком не нарваться на её допросы, а самостоятельно сняла платье, собрала волосы и, взяв чистое белье, отправилась в ванную комнату.
Горячая вода с ароматными маслами приятно расслабила тело, что помогло быстро уснуть и даже не вспомнить о нежных, но в то же время страстных поцелуях, которые оставлял Адам на всём моём теле.
На завтрак я спустилась с небольшим опозданием, потому что проспала дольше, чем обычно. Ирэн призналась, что решила не будить меня, потому что вчера я вернулась довольно поздно. Но зато она предусмотрительно подготовила одежду, обувь и украшения, за что я была очень ей благодарна.
Войдя в столовую, заметила, что девушек стало гораздо меньше. В связи с этим несколько стульев исчезло, а обеденные места сдвинулись, становясь всё ближе и ближе к его величеству. Обвела всех взглядом, пытаясь найти Мэри. Ну конечно! Плутовка устроилась рядом с ним и теперь с притворной улыбкой кокетливо накручивала прядь волос на бледный тощий палей. Однако лицо Адама не выражало совершенно никаких эмоций: он сидел, глядя в одну точку, и не обращал внимания на её действия. Меня он тоже не заметил, поэтому я тихонько села на свободное место и принялась завтракать.
Примерно через десять минут в столовую вошла преподавательница по танцам. Все удивились, но вида не подали. Миссис Хэтэуэй извинилась и попросила всех быть в зале через тридцать минут. Видимо, нас ждала экстренная репетиция. Мы кивнули, и женщина скрылась, а в столовой сразу раздались разговоры.
— Спешу опередить ваши догадки, — подал голос король, привлекая к себе внимание. — Количество репетиций значительно увеличится в связи с подготовкой к Июльскому балу.
— Когда он будет проходить? — спросила я.
Адам, наконец, поднял взгляд и заметил меня. Его лицо на несколько секунд застыло, а после он ответил:
— Двадцать пятого июля. К этому времени для каждой из вас будет сшито бальное платье. Материал, цвет, фасон и всё остальное вы сможете обговорить позже. Совсем скоро в дворец приедут талантливые портные из центра Ромена.
— Хорошо, — кивнула и снова приступила к еде.
