Ведь она понимала, к чему все идет. Все происходило именно так, как я и задумал с самого начала. Дарил ей призрачную надежду, что уйду и оставлю в покое. Но это был лишь блеф. Я дал ей то, чего она хотела — обман. Всего лишь иллюзию покоя. Потому что я и покой — мы просто несовместимы. Я явился не для того, чтобы успокаивать ее. Я пришел в родной город, чтобы найти эту суку и трахнуть ее так, чтобы она ходить не могла еще неделю.
Я этого так не оставлю. Я ее выебу по-черному.
И сниму все на видео. Чтобы показать шерифу — пускай любуется расплатой.
— Можешь сопротивляться. Мне нравится, как ты кричишь и умоляешь…
— Нет, прошу, не надо! Не делай этого, Марс, молю тебя!
Она пыталась вырваться из моих цепких рук. Кусалась, отбивалась, плевала мне в лицо. Но я привязывал ее запястья к прутьям кованой кровати. Взял провод зарядки ноутбука и начал наматывать его — петля за петлей — пока руки моей жертвы не были надежно скованы.
— Все это время, Кэм, я и на каплю не сомневался, что мы с тобой будем вместе. Что я выйду и сольюсь с тобой в адском трахе. Что я насажу тебя на толстый член и заставлю так стонать, что весь Юг Америки будет слышать твой хрипловатый голосок. Единственное, чего я не знал и о чем всегда бредил, гадал — это цвет твоего белья. — При этих словах мои пальцы скользнули в ее штанишки, аккурат под резинку. Хотелось снять одежду и проверить. — Какие на тебе трусики, Камилла? Они белые? Красные? Черные?
— УРОД! — билась она ногами. Они все еще были свободны. До ножек я не добрался еще. Сперва надо снять все лишнее. — Когда Джош узнает, что ты сделал, он тебя найдет и превратит в решето! Он тебя отыщет и заставит глотнуть ствол пистолета — будешь плясать под градом пуль, пока не сдохнешь!
Я склонился над этим потным, блестящим от слез и напряжения лицом.
— Смотри, как бы тебе самой не пришлось заглотнуть чей-то ствол.
— НЕНАВИЖУ! — брыкалась она словно бешеная лошадь под наездником.
— Я засуну тебе член прямо в рот. По самые яйца. На всю его немалую длину. И ты будешь его сосать так, как не сосала еще никогда. И никому. — Я водил языком по ее пульсирующей шее. Намеренно ставил засосы, покусывал нежное тело. Она была так красива, горяча, так сексуально двигалась под моей нависшей фигурой. — Ты любишь сосать? Джош тебя приучил к этому? Или у вас с ним сугубо платонические отношения? Как он любит — расскажи мне об этом. Я хочу узнать все твои тайны, твои секреты. Твои вкусы. Увидеть самые смелые фантазии… Чтобы наплевать на них и сделать все по-своему. Так, как хочется мне. А мне хочется сделать все очень… — дрожали мои губы от волнения, блуждая по ее плечам, ключицам. — Очень жестко.
— Марсель, не надо! Не делай этого, прошу!
— Я уже это делаю…
Сдернув рывком кухонный передник, я взял штаны за самый край. И стал медленно их стаскивать, пока Кэм выгибалась дугой и делала всевозможные трюки, только бы помешать мне раздеть ее полностью.
Штанишки послушно слезали. Не хотелось их порвать, чтобы не испортить момента.
— Тебя посадят пожизненно! — рычала моя сочная девчонка.
А я снимал ее штаны уже с лодыжек. И отчетливо видел нежное белье.
Темно-синие трусики. В белый горошек.
Чистые и свежие. Немного влажные после душа. Я гладил их рукой и понимал, что под тканью — бритый лобок. Она побрила киску.
Совпадение? Мне просто сказочно повезло. Все так удачно сложилось, что я не мог об этом не подумать. Не представить, какова она на вкус — если просунуть в нее влажный горячий язык. И сделать то, от чего Камилла будет плясать и дрожать, словно под пытками. Пока я это делаю.
Делаю ЭТО.
Отлизываю ей перед камерой.
— Прости, мне надо кое-что сделать перед главным актом.
Расстегнув свою сумку, я достал оттуда штатив и маленькую камеру. Поставил напротив кровати, активировал запись. Все шло как по маслу. Этот день будет великолепен. Я получу все то, чего так долго ждал. А она… Камилла получит даже то, чего не заслужила. Мою искренность, честную жажду. И отменный секс.
Ведь секса у меня не было ПЯТЬ ЛЕТ.
— Что ты делаешь?! — кричала моя сводная сестра, глядя в объектив включенной камеры. — Ты… ты все это записываешь?!
— Записываю, Кэм. А как же. Надо запечатлеть этот процесс. Хочу пересматривать все снова и снова, в мельчайших подробностях.
Я стал коленями на кровать и принялся гладить ее по бедрам, по всей длине ног. Но она брыкалась как бешеная сучка. Поэтому надо было связать ее надежно. Не только по рукам, но и по ногам. Чтобы Камилла расслабилась, получала удовольствие от ласки. А я мог сосредоточиться на том, что делаю, с полнейшим погружением в работу языком.
— Зачем тебе это надо? Зачем ты привязываешь мои ноги к кровати? Я ведь и так от тебя не сбегу… Так зачем тогда? Зачем?!
