- Замеры ей пока не проводили, но специалисты уже подсчитали, что она куда сильнее, чем норматив для двадцатого разряда. Впрочем, когда и замерят – наверняка засекретят результат.
- Понятно, - кивнул Василий.
Ну да, видел он эту Анариэль… Девчонка девчонкой еще. Никак иначе он ее все равно не воспринимал, да и вряд ли эта их встреча будет нести какой-то особый смысл… Хотя в будущем наверняка симпатичной станет, но для Василия это все равно не имело никакого значения. Хотя ее рассуждения его откровенно поразили – что-то наивно-детское странно сочеталось в ней с на удивление взрослыми размышлениями.
- А хочешь самое интересное? – вдруг усмехнулась Туйлиндэ.
- Ну давай…
- Высокий энергопотенциал сочетается с высоким интеллектом, - ответила квентка. – Так что Старший маг – почти всегда гений. Даже если и злой гений, который, благодаря этому, станет гением подлости и интриг.
- Почему так? – удивился Василий.
- Потому, что у него мозг работает гораздо эффективнее. Без этого невозможно и эффективное преобразование энергии…
- И к чему ты это ведешь?
- Уверена эта девчонка еще всех удивит, - уверенно заявила чекистка. – Не знаю, в какой она прославится области, но мы про нее еще услышим.
«Вот тебе и причины взрослых рассуждений», - мысленно усмехнулся Василий. Ну а что они сочетаются с порой наивно-детскими рассуждениями… Ну так все гении в той или иной мере чудаковатые. А эта Аня-Анариэль и вовсе не выросла еще…
Ну да и фиг бы с ней! Сейчас ему куда важнее освоить хоть начальные уровни боевого режима! И вот уж он читает его описание в справочнике и пытается представить все, что надо. И это оказывается не так-то просто… Уж больно много всего происходит при активации боевого режима, практически полностью меняется восприятие реальности. Потому его и так сложно изучить. Вот уже он заучил наизусть описание, но воображение с трудом справляется с задачей представить его в той форме, которая требуется для мозга. Еще несколько попыток – и все так же неудача… В чем он и честно признался чекистке.
- Обычное дело, - улыбнулась в ответ Туйлиндэ. – Почти ни у кого сразу не получается… Так что сделай перерыв, чтобы вся информация нормально уложилась. А потом повторим!
Как говорится, отдых – это смена вида деятельности… И этим Василий и воспользовался, принявшись за прополку огорода. Работы, блин, за время их отсутствия навалило дофига и чуть побольше! Так вчера и не доделал всю. А сваливать все на родителей своего тела почему-то было стыдно… Хоть он и не считал себя их сыном, но они были одними из немногих в этом мире, кого он мог бы считать близким и родным. Как и, как ни странно, Тули. Чем-то влезла в душу ему это квентка… Которую либерасты его мира дружно записали бы в кровавые палачки и цепные псы тоталитаризма. И наверняка бы всячески восторгались высокородными ублюдками… ведь сами эти либерасты, мечтая об «идеальной стране», всегда представляли себя именно на их месте, а не бесправными холопами.
Несколько раз к ним заглядывали поздороваться какие-то казавшиеся Василию смутно знакомые квенты, взрослые и подростки. Хотя… Вот этого он точно видел при «сеансе магического допроса» от Туйлиндэ. Кажется, его Анорион звали.
- Здорова, Васек!
- Здорова, Анор! – поздоровался в ответ парень.
- Слыхал, в Москве контру взяли? Генерал целый! – тотчас вывалил на Василия свои новости квент. – Говорят, скоро будут судить!
- К стенке поставят?
- Да по-любому! – усмехнулся Анорион. – А то и повесят! Там у них целый контрреволюционный заговор был! Самого товарища Сталина убить хотели и недобитых буржуев с дворянами вернуть!
- Это правильно! – вспоминая последние события и свою прошлую жизнь, с ненавистью бросил Василий. – Давить их, тварей, надо! Или они нас уничтожат…
- А ты, говорят, у заговорщиков в плену побывал?
- Был, - согласился Василий, но развивать эту тему не захотело. – Лично б тварей пристрелил…
- Ну, глядишь, еще объявят о выборе добровольцев для приведения приговора в исполнение, - вдруг заржал Анорион. – Вот и попросишься…
Ну да… Про такое Василий уже слышал. Приведенное к «культурному» виду «право на месть». Раньше это проходило иначе – если Суд Старших приговаривал кого-то к смерти, то пострадавшие от его действий или их родственники имели право убить преступника на месте там, где обнаружат. Точно также Суд Старших вынес когда-то решение о казни представителей квентийского «дворянства», создав из людей и полуквенти диверсионные группы, задачей которой было уничтожить «врагов Верных», что для квенти было полным синонимом понятия «враг народа». Правда, чистокровных в качестве ликвидаторов не посылали, но лишь потому, что за границей те бы бросались в глаза еще больше, чем негр посреди Квентийска. Но то решение по-прежнему в силе – и будет действовать вечно. «Пока светит солнце и жив Закон Верных», как принято здесь говорить. Так что всякий квент, кто попытается объявить себя дворянином, автоматически считается преступником и попадает под действие этого постановления суда.