Весь день она не могла успокоиться и отвлечься от этих вопросов. Она повсюду искала и находила взглядом пустую вазу, которую я старалась задвинуть в дальний угол – но моя печальная девочка всё равно отыскивала её и безмолвно вопрошала:
“
Не в силах понять моих объяснений, она разрыдалась…
И тогда папа побежал к метро. Но… флоксов на цветочном базарчике в этот день не было.
И ещё несколько дней их не было нигде. “Всё, отцвели в этом году, Ксюнечка, флоксы…”
Но настал вечер, когда мы открыли двери и увидели: папа с флоксами! О, какую ликующую песнь в честь их возвращения исполнила Ксения!
Потом она сидела в манеже, погрузившись взглядом, обонянием, всей душой, всей нежностью – в забрызганную дождиком вселенную… Она нюхала, вдыхала, она вздыхала, она прижимала их к себе, она зарывалась в них сияющим, как солнышко, личиком… Беря при этом ноты такой высокой радости, что у мамы и папы перехватывало дыхание.
…А потом она отщипывала с веток лиловых и белых бабочек и отпускала их на свободу…
Манеж превратился в маленькое порхающее, пахучее царство. “Наша Ксюша – флоксоман!” – сказал Антон.
– Где был, сынок? – В кино. – И что смотрел? – Так, дрянь какая-то… Опять тётя зачем-то раздевалась. Раз шесть. И всё время они этой самой… любовью занимались. То в бассейне, то под душем, то на обочине. Скукота. – Зачем же ты ходишь на эту дрянь? – Разве ж я знал? Название вроде нормальное. А вообще сейчас всё такое. Без голых тёть не бывает. – Так вовсе не ходи. – Но всё же хочется иногда в кино. Думаешь: а вдруг в этот раз что-нибудь интересное покажут?
“Наконец-то свобода!” – сказал один знаменитый режиссёр по телевизору. И он же: “Дайте нам дорваться до женского тела!”
Дорвались… А дальше что?
– Мама, она посмотрела на меня
…А потом в манеже рядом с Девочкой поселилась Дыня! Морщинистая и древняя, как черепаха. Такое существо. Полное волнующих запахов… К которому было очень приятно прижиматься щекой.
И полосатый гулкий арбуз в манеже жил. По нему здорово было колотить – как по барабану! И прохладные, зелёные и оранжевые, перцы, вместилище тайны. Эту тайну хотелось добыть зубами.
И Гитара в манеже жила. Долго жила, сколько хотелось хозяйке манежа…
Кто только в манеже не жил! Кто только не “работал” в нём! Вот сейчас, в настоящий момент, “на ковре” – катушка толстых оранжевых ниток! “Ты не боишься, что она всё опутает ими?” – спрашивает папа. “И на здоровье!” – смеётся мама. “Ну, ты отважная…”
Задумчивый Паучок Иксик плетёт свою таинственную паутину…
Заглянул на огонёк старый друг. Наш доктор Коля. Недоумевает (и я никак не могу понять, то ли он шутит, то ли всерьёз):
– Молодая, красивая, умная женщина и – засела в четырёх стенах!
– Выходит, писать книги, воспитывать детей и любить мужа – удел старых, уродливых и глупых?
Хохочет. Ему нечего сказать на это.
Но после первой чашки чая он опять начинает нас подкалывать:
– Сводил бы, Гавр, жену в ресторан…
– Ты, что, Коля, всерьёз? – теперь уже недоумеваю я.
– А что? Тебе же надо периодически отключаться от кухни. Ну, скажи, скажи, когда ты последний раз и где была?
– Была! На Ипподроме. Два раза.
– Но это же не то… Ты с Антоном туда ходила, ради Антона. А ради себя?
– Нет, ты действительно всерьёз про рестораны? Но ведь это же такая скука сидеть в ресторане! Это же с тоски засохнуть можно! Самое бессмысленное на свете занятие.
– Коля, ты как доктор прописываешь моей жене рестораны?
– И как доктор!
– А ты, Коля, предлагаешь ей одной туда идти?
– Зачем одной? Подкиньте Ксению к нам – и идите вдвоём!
Теперь хохочем мы с Гавром.
– Нет, ребята, вы чего-то не понимаете, – огорчается наш заботливый Коля. – Должен же человек почувствовать себя хоть иногда
– В ресторан – за свободой? Нет, Коленька, это ты чего-то не понимаешь! Да я только в своём доме и чувствую себя свободной.
– У плиты? У таза с пелёнками?!
– Да, у плиты. Да, у таза с пелёнками. Я люблю своих любимых. Я думаю СВОИ мысли.
Нет, Коле это не кажется убедительным. Он смотрит на меня с сочувствием, которое меня уязвляет.
– Гавр, ну объясни хоть ты ему! Почему он меня жалеет, когда мне можно позавидовать!
И тогда мой муж берётся отстаивать моё право чувствовать себя счастливой у плиты, у таза с пелёнками…
Через полчаса:
– Да что вы пристали ко мне с этими ресторанами! – в сердцах восклицает Коля.
“Уезжать не собираетесь?” – спрашивает меня Юмих.
– Нет, – говорю я. – Не собираемся.
– Напрасно. Ваш муж мог бы иметь там прекрасную должность, прекрасный заработок.
– Я знаю. Знаю: там я буду иметь прекрасную квартиру, у меня не будет проблем с бытом, дети будут ходить в прекрасную школу…
Одно только непонятно: ЧЕМ Я ТАМ БУДУ ЖИТЬ?…
