— С просьбой? — Марго хмыкает. — Уверен, что тебе стоит её озвучивать? — Марго даже смеётся, держась за халат. Из открытого окна второго этажа доносится скрип. — Тебе пора! — Марго шипит словно кошка.
— Я никуда не уйду, пока мы не поговорим! Если вы боитесь, что нас увидят вместе, то я остаюсь… — Глеб садится на скамейку, демонстративно разваливаясь.
— Бабушка, ты встала? — раздаётся сонный голос девушки.
— Иди в сарай, до вечера я с тобой пообщаться не смогу.
— Предлагаете мне весь день просидеть без света и туалета? — хмурится Глеб.
— Там есть ведро и лампочка, или ты никогда не был в детских лагерях? У тебя сложности с ожиданием?
— А может, я просто дам о себе знать твоей внучке?
Глеб делает шаг к двери.
— Не смей втягивать её!
Марго явно испугана, пусть и старается спрятать страх за злостью и раздражением. Но Глеба не проведёшь, благодаря работе в общежитии он научился отличать ложь от правды.
— Не буду.
Глеб понимает, что зря попробовал угрожать Марго. Бабушка явно не одобрила бы подобного. Да и он сам не стал бы втягивать девушку в то, что её по сути не касается. Но нервы у него на пределе — и не столько из-за отказа Марго идти на контакт, он был к этому готов, сколько из-за того, что придётся весь день проторчать в деревне. А ведь он нужен бабушке. Однако и уехать, он не может, не поговорив нормально с Марго. В конце концов ему хочется получше узнать её, чтобы понять, почему за столько лет Бо-Бо так и не смогла забыть старую подругу.
Глеб решает, что позвонит бабушке и напомнит, чтобы она связалась с ним сразу, если почувствует себя хуже.
— Женя, доброе утро, — повысив голос, почти кричит Марго, обернувшись к дому. — Приготовь завтрак, мне надо проверить замок на сарае.
В ответ доносится:
— Хорошо, бабуль.
Глеб с усмешкой наблюдает за Марго — теперь его очередь прятаться за маской. Пусть она всё-таки немного опасается его, чтобы не выгнать без разговора. Придётся ему потерпеть до вечера в сарае, хоть ему это и не нравится. Глеб видит, как слегка бледнеет Марго, не сводя взгляда с окна второго этажа — в любой момент внучка может выглянуть или выйти во двор, и это пугает её.
— Пошли, побыстрее! — Не выдержав, Марго хватает Глеба за рукав и тянет к неприглядному сараю.
Глеб не был в деревне уже несколько лет, да и ранее его поездки были недолгими. Сводились к тому, чтобы провести немного времени на даче у кого-то из друзей — шашлыки, игры на зелёном газоне, валяние на лежаках. Сейчас же Глеб видит совсем иную картинку — всё свободное пространство занято грядками и фруктовыми деревьями, в тени которых прячутся качели. В этом доме не принято праздно проводить время. Марго явно много работает и на огороде и в саду.
— Не так сильно. — Дёрнув рукой, высвобождается их её хватки.
И дело не в том, что ему неприятно её прикосновение. Но, кажется, бабушке бы не понравилось, что Марго словно конвоирует его.
— Какие мы нежные! — ворчит Марго.
Глеб бросает на неё взгляд, но почти сразу его внимание привлекает то, от чего он даже на пару секунд останавливается. Розы… Такие, как любит Бо-Бо. У Глеба замирает сердце. Она рассматривает цветы с уже распустившимися и ещё наливающимися бутонами, вспоминая, как бабушка порой сетовала, что у неё нет возможности разводить любимые розы. Марго стоит рядом, также не сводя с них взгляда — наверняка, она прекрасно понимает, почему они произвели на Глеба такое сильное впечатление.
Остаток пути до сарая они проводят в молчании. Марго поспешно открывает замок, ворча под нос:
— Давай-давай, а то скоро уже спустится вниз.
Глеб заходит внутрь. Раздаётся тихий щелчок, и под потолком загорается единственный источник света — лампочка Ильича.
— И это всё?
— Не проси больше того, что тебе нужно. — Марго указывает на стену напротив. — Ведро там возьмёшь.
Марго хлопает дверью, затем раздаётся скрежет ключа в замке. Глеб оглядывается по сторонам, досадливо морщась. Клаустрофобией он не страдает, но всё же в запертом сарае ощущает себя неуютно. Добротную дверь вряд ли получится вынести плечом, но в случае необходимости можно разбить окно и вылезти наружу. Эта мысль успокаивает, и Глеб решает терпеливо подождать вечера. Через мутноватое стекло можно рассмотреть дом, часть огорода и сада. Розы всё так же привлекают его внимание.
— Она была бы счастлива их увидеть, — произносит он в пустоту.
Глеб упирается лбом в дверь сарая, вспоминая Бо-Бо — здоровую и улыбающуюся, гоняющую его по двору и общежитию, когда он был меньше. Он знает, что между ними существует ещё сотни прекрасных воспоминаний, минут и откровений, но тот день не выходит у него из головы. Ему казалось, что ещё сильнее, чем в тот момент, у него не получится любить бабушку, но сидя в сарае и смотря на розы, понимает — это ложь. В пышущих жизнью цветах столько силы и красоты.
— И у тебя тоже, Бо-Бо.