«Мы платим за спокойствие и безопасность, но вы не можете нам дать ни первого, ни второго», — такой посыл несли журналисты независимых СМИ, только и ждавшие, когда меня наконец-то выпустят из главной Канцелярии Цитадели. Слова Путча, сказанные о моей силе и возможном ключе к победе над Вором, тоже попали на запись. Вновь почему-то именно вокруг моей персоны стали зарождаться многие, крайне сомнительные слухи. «Таинственное исчезновение сеульского гения», — один из местных горе-писак в своей статье утверждал, что моё столкновение оказалось спланированным и дабл А ранги, испугавшись моего потенциала, специально атаковали и ликвидировали меня. Другой же и вовсе обвинял Цитадель в постановке и «кровавом бартере», где меня добровольно отдали на опыты злодеям, в обмен на раненых, оставшихся в руинах героев. Третий же утверждал, что я внебрачный ребёнок кого-то из главных злодеев города, который вернулся за своим чадом, дабы привлечь того на свою тёмную сторону.
Мысли и идеи репортёров одна безумнее другой, и именно для того, чтобы я случайно где-то что-то не взболтнул, власти Цитадели собрали целый совет. Разумеется, перед тем, как выпустить меня в толпу, «герои» и в моих мозгах попытались покопаться, но, к их сожалению и моему счастью, Дюйм и Лас хорошо умели затирать следы.
Сила капитана-коротышки была самой необычной из всех когда-либо мной виденных, скорее даже не виденных. Иначе как объяснить то, что при взгляде на ребёнка создавалось впечатление, будто передо мной взрослый человек. Всегда, когда она шла, пол скрипел под её весом точно так же, как и под моим. Когда садилась, ветхие стулья тоже реагировали на вес. Независимо от её вида, что-то странное, уводящее или искажающее саму суть привычного хода вещей, постоянно прослеживалось в её действиях. Когда та говорила или в своей привычной форме подшучивала надо мной во время завтрака, заставляла думать, что моя ложка в правой руке, но на сам деле та всегда оказывалась в левой…
Странная, опасная, жестокая, а также заботливая, верная своей команде и добрая ко мне, к пленнику. Дюйм, капитан-коротышка или как ещё её там звали… стала самой противоречивой и загадочной личностью, встречавшейся мне когда-либо в жизни.
Единственная, кто по-настоящему знала, как погибла моя мама…
Едва моя геройская персона показалась на публике, как по глазам тут же ударили сотни ярких вспышек. Не ожидая подобного, оступаюсь и, чуть не рухнув, плечом упираюсь в сопровождавшего меня пресс-секретаря Цитадели.
Звучный треск от камер, море вспышек и столько же странных, доносящихся со всех сторон вопросов застали меня врасплох. Пусть я и был предупреждён о возможности подобного, но вживую всё оказалось немного иначе.
— Ваша слабость вызвана пытками дабл А рангов? Или же агенты Цитадели не в силах излечить полученные вами в бою раны? — вытянув мне навстречу ладонь с протянутым, сжатым в кулак микрофоном, вскрикнула женщина. За живым забором из оцепивших помещение бойцов Цитадели я не смог разглядеть её лица, и когда, только собравшись с мыслями, запнулся, чтобы дать ответ, мой провожатый всё сказал за меня:
— В заявке указана другая цель конференции, поэтому без комментариев, — болезненно стукнув девушку по вытянутой руке, рыкнул агент, подталкивая меня к пустующему столу.
«Прокомментируйте слабость ваших сокомандников! Почему студент первогодка по стойкости превзошёл героев профессионалов? Цитадель, сколько она заплатила за ваше освобождение?» — один за другим, опасные вопросы, не сулившие мне и городу ничего хорошего, летели в нашу сторону. Большую часть из собравшихся не волновали те, кого меняли, и то, что было во время обмена. Львиная доля репортёров пришла сюда именно за «хайповой» темой, подтверждающей слабость власти. Казалось, что все вокруг сошли с ума и только жаждали посмеяться с той бессмысленно пролитой крови.
Всё произошедшее там, стычка революционеров и героев, не должно было произойти. И благодаря почти ювелирной работе Лас и Вора никто из ассоциации не погиб. Более того, прибывшие на место взрыва первыми революционерки дали бой Олимпу, и тем самым угодили в западню. Стравив радикалов и героев, управляющий из тени паук сумел отвлечь общественность от своих планов, сконцентрировав все стороны конфликта на решении своих личных, более важных проблем. Тайный манипулятор хорошо знал людей, на чём те в первую очередь акцентируют своё внимание.
