— Если хочешь, я пробью по нашим каналам, уверена, мы быстро найдём тебе хорошее местечко! — успокаивая Флору, что единственной рукой безжалостно тягала Краску за ухо, предложила Ультрэ, получив в ответ злобное и неблагодарное «обойдусь».
Разговор с коллективом ну совсем уж у Марии не клеился, после чего я сдуру предложил той подыскать место для меня. Лишь только когда последнее слово было сказано, вспомнив о Цивини и их предложении, захотелось втащить самому себе, осуждая собственную тупость, но...
— Извини, Александр, но прошение о твоём переводе уже подписано. К сожалению, отказаться и не отпустить тебя я не могла, поэтому и пришла сообщить... — По столу в мою сторону проскользил белый конверт со знакомой глазу родовой печатью, а также чернильным клеймом Цитадели порядка. Вот уж действительно в моём переводе странно всё...
— Опа, заморская контора, да ещё и... Слушай, Фортуна, а это разве не?.. — выхватив у меня из рук письмо, весело залепетал Краска, после чего конверт в точно такой же нахальной манере вырвала у него из рук Флора. Глаза нахалки быстро пробежались по строке с названием моего будущего работодателя.
— Они самые, походу одна из множества левых конторок Сицилицев. Вот печать родовая, и ещё Цитадель, которой они пятки лижут. Блин, не свезло тебе, Алекс, говорят, там всем заправляет какой-то очень стрёмный жестокий тип с квадратной челюстью, так что ты это, держись...
«Сицилицы, связи с Цитаделью, тип с квадратной челюстью?» — со слов Флоры всё походило на то, что меня таки да перетащили к себе Цивини.
Понимая, что к чему, перевожу взгляд на расстроенную Марию, и та, словно подтверждая мои догадки, кивает.
— Прости, Александр, я сделала всё, что могла.
В голове промелькнула нехорошая мысль. Неужели она всё же не послушала меня и вступила в контры с Пабло и его сворой?! Идиотка, чёрт, она ведь даже не понимает, кому перешла дорогу и какие могут быть последствия. Жесть, нужно что-то делать. И говорить придётся явно не с ней, а с тем, кто уже, по-видимому, принялся разбирать ХироуТехнолоджи и их союзников.
С каждым глотком поддавшаяся эмоциям Мария всё больше и больше напивалась. Для девушки её статуса вот так вот пить вместе с подчинёнными было в новику, оттого и с уст её срывались порой очень важные, деликатные темы, знать о которых следовало не каждому.
И когда казалось, что уже всё, девочке, наломавшей дров, пора отправляться на покой, в игру раз за разом вступал Краска, явно пытаясь ту напоить. Уж не знаю, какие цели он преследовал, но позволять достигнуть ему их я не собирался. Точно так же, как и пребывавший пока ещё в здравом уме и сознании Гамбит.
Поведение Краски нам с блондином не понравилось. Сделав вид, что нашёл какую-то важную деталь, касавшуюся моего перевода, Гамбит приподнимается из кресла, предлагая Марии самой взглянуть. Опираясь руками на стол и кресло, прилагая большие усилия, девушка поднимается и тут же, чуть не рухнув, оступается. От этого её гипнотизирующая большая и подтянутая грудь, покачнувшись, подпрыгивает.
Все трое мужчин, заметившие произошедшее, одновременно жадно сглотнули. И даже порядочный Гамбит, поправив очки и отведя взгляд в сторонку, немного смутился.
— Что здесь у вас, может, нашли какую лазейку? — От тяжести повисшей на моём плечу груди у меня чуть сердце не встало. — Алекс, покажи… — Через меня пытаясь дотянуться до тактического планшета, словно дитя малое, дулась и пыхтела Ультрэ.
— Мария, пожалуй, я принесу нам напитки. Присаживайтесь… — Уступив своё место, поднялся Гамбит. — И да, Краска, не смей… — тыкнув пальцем в уже навострившего лыжи брюнета, хотевшего опять подсесть к Марии, вполголоса произнёс последние два слова Гамбит.
— Это война? Двое против одного, да? Гамбит, когда это ты успел променять друга и товарища на какого-то новичка?! — в голосе героя чувствовалась обида, но вместе с ней так же ощущалась и ирония.
— Не припомню, чтобы когда-либо называл тебя другом… — по-прежнему сдержанно, вызывая новый шквал эмоций от брюнета, направляясь к холодильнику, проговорил блондин.
Покрутив в руках планшет и напрягшись, вчитавшись в каждую буковку, Мария, внезапно расплывшись в некой зловещей и коварной улыбке, переводит взгляд на меня.
— Эй… Алекс, а не специально ли ты это сказал, чтобы я села к тебе поближе?.. — звучно икнув после окончания своей разоблачающей реплики, тыкая пальцем мне в плечо, проговорила девушка.
— Вообще-то это всё Гамбит… — Две верхние расстёгнутые пуговицы на белой блузке собеседницы не давали сконцентрироваться на разговоре. Да и алкоголь собранности особо не способствовал, ведь я и сам ощущал, что постепенно поддаюсь влиянию опасного напитка.
