— А попали на бал, дорогая Анна. Давайте сегодня забудем все наши прошлые разногласия и детские ссоры. Настало время повзрослеть и двигаться дальше, уверена, подобный взгляд на наше совместное прошлое позволит обеим семьям стать чуточку сильнее, — слова подошедшей и взявшей меня под локоток Франчески Аня восприняла спокойно, а вот Катя наоборот. Хвост сестры вздыбился, на пальцах проступили когти, а глаза, блеснув золотым, стали звериными. Охрана тотчас отреагировала на такое изменение. Напряжение нарастало, вынуждая меня вмешаться.
— Хорошая идея, госпожа Франческа, — взяв Катю под другой локоть, говорю я. — Жаль только, что ваши слуги не уведомили нас о столь интересном мероприятии, проходящем в вашем доме. Боюсь, сейчас наш внешний вид не позволит присоединиться к вам, и всё, на что мы можем претендовать, это возможность немного пообщаться с вами наедине. — Чувствуя негодование горделивой Ани, уже решившей для себе, что лучше провал задания, чем такой позор, начинаю играть с Франческой в недотрогу, неспособную оставить сестёр. Ведь, похоже, именно этого она и добивалась.
— Виновные будут наказаны, — когда вслед за нашей отъехавшей машиной припарковалась другая, с улыбкой на лице и в полупоклоне приветствуя новых гостей, сердито проговаривает Медоед.
— И всё же нам в таких одеяниях на вашем балу не место. Уж простите меня, Франческа, но я не намерен позорить ваш дом и своих сестёр нашим невзрачным видом. — Дождавшись, когда пара гостей отойдёт подальше, Медоед до хруста костей сжимает мой локоть и так же злобно, как минутой ранее на ту глядела Катя, таращится на меня. — Алекс, ты совсем охренел?.. — шипит на меня та.
— Уж простите, госпожа, семья превыше всего, — улыбнувшись той в ответ и переведя внимание на следующее подъехавшее авто, отвечаю я.
За гортанным рычанием следует тяжёлый вздох.
— Задрал, будь по-твоему. Охрана, проводите уважаемых дам в гостиную, пусть приоденутся, ну а мы пока с господином Александром временно уединимся. И без возражений, — когда недовольная таким раскладом Катя решила вставить пять копеек, своим требованием опередила ту Франческа. Во взгляде девушки и в том, как она ко мне жалась, я чувствовал похоть, но, помимо неё, наблюдалось и ещё кое-что иное.
— Аня, Катя, будьте любезны, — прошу я, и сёстры, чувствуя серьёзность всей ситуации, откинув детское ребячество, соглашаются.
Проведя меня через бальную, а следом несколько коридоров, переполненных гостями и охраной, Франческа, не упустив своей возможности облапать меня и рассказать о том, как скучала, напрямую выходит к офису ожидавшего нас Пабло Цивини.
На квадратных плечах мужчины висит серый пиджак, под которым вместо стандартной рубахи красуется множество бинтов, идущих от шеи и ниже к поясу. Правая рука здоровяка тоже покрыта бинтами, а на самой кисти отсутствуют все пальцы.
— Здравствуй, Тэн, — сиплым голосом лениво проговорил Пабло, заменой кровавой повязки на лице которого сейчас занималась одна из медсестёр.
— Здравствуйте, мистер Пабло. — Переведя взгляд на стоящую позади капельницу и целый тазик с грязными повязками, не сдержался и тут же спросил: — Кто вас так?
Здоровой рукой нащупав под столом любимую сигару, Пабло помещает ту между зубов, после чего один из слуг тотчас подаёт огонь.
— Ну-ну, Франческа, дорогая, не пристало дамам твоего статуса на людях показывать собственную слабость. — Оставив меня и подойдя к отцу, рыча и роняя столь редкие для самой себя слёзы, Медоед присела приобнять мужчину, отчего тот болезненно сжал зубы, но и слова не сказал любимой дочке.
— Этельвульф, покажи запись нашему другу, — произносит Пабло, и спустя секунду из стены появляется желеподобный мужчина, в чьих подрагивающих бесформенных руках я вижу графический планшет.
На видео, заснятом охранной камерой с использованием приборов ночного видения, запечатлён момент прибытия автомобиля Пабло к одному из ресторанов, расположенных на верхнем уровне Сеула. Выйдя из транспорта и оглянувшись по сторонам, держа в руках серебристый кейс, он в окружении двух десятков охранников делает несколько шагов по направлению к заведению.
Как вдруг с крыши здания на одного из охранников падает скрытое в костюме тело. Немногочисленные зеваки, окружавшие Пабло, начинают кричать: «Суицид! Суицид!» Охрана Цивини пытается запихнуть своего хозяина обратно в авто. Кто-то, подскочив проверить пульс, произносит: «Мертвы, оба». Как вдруг девушка поднимает зажатую руку с примотанным к ней детонатором. Щелчок, и тело девушки, расщепляясь на атомы, превращается в кровавое облако, а после происходит огромной силы взрыв, обрывая видеозапись.
