— Неважнецки себя чувствуешь, да, малыш? Нечего тебе тут бояться. — А потом добавил еще тише: — Он сделал тебе больно?
* * *
С.С.
Я слышал, о чем он спросил. Я думал, что это разозлит меня, но этого не случилось. Я бы задал тот же вопрос в подобной ситуации.
Гарри слегка покачал головой, а затем осторожно посмотрел на меня. Я попытался сделать, ну, участливое выражение лица, чтобы хоть как-то подбодрить его, но походило это наверняка, скорее, на гримасу.
— Значит, напугал тебя кто-то другой? — продолжил старик.
Ребенок кивнул.
Так его захватили воспоминания. Я прекрасно помнил, как подобное случалось со мной в Хогвартсе. Какое-то слово или событие вызывали далекие, мучительные воспоминания, и я погружался в них, абсолютно глухой к тому, что происходит здесь и сейчас.
Оказывается, он был таким сложным ребенком! К счастью, я знал, что делать с Гарри в подобной ситуации. Я задался вопросом, как часто подобное будет происходить и из-за чего это случилось в этот раз.
Гарри заморгал, словно его слепил солнечный свет, а в следующую секунду сделал нечто очень прекрасное: он потянулся ко мне. Я неловко привлек его к себе, зная, что краснею. Он все еще дрожал, судорожно дыша, застряв где-то между прошлым и настоящим.
— Гарри, — начал я. — Оглянись вокруг. Мы в пабе, ты в Эштон-Андер-Лайн. Здесь ты в безопасности. Никто не причинит тебе вреда. Ведь так, эм...
— Грей, сэр, — подсказал портной. — Все так, малыш. С тобой ничегошеньки не случится.
Я поставил мальчика на ноги, сказав, чтобы он попрыгал на месте. Это был необходимо. Он должен был вновь почувствовать свое тело, отмахнутся от прошлого. Наверняка я представлял из себя то еще зрелище, уговаривая этого маленького ребенка, который всего несколько минут назад, казалось, сошел с ума, попрыгать посреди затхлого бара.
Грей решил продемонстрировать Гарри, что нужно делать. Старый портной без задней мысли вмешался в происходящее, развеяв мое смущение. Он прыгал и притопывал, словно танцевал ирландскую джигу. Взяв мальчика за руки, он носился по пабу, громко топая по деревянным половицам. Несколько других посетителей смеялись, выкрикивая «Давай, Грей!». Хозяйка хлопала в ладоши в такт прыжкам, а служанка хохотала. К тому времени, когда Грей подхватил ребенка на руки, закружившись, Гарри радостно хихикал. Я боялся, что его снова стошнит. Но меня это не сильно беспокоило, так как ему явно было весело, что стоило любых неприятных последствий.
Г.П.
Пробуждение больше походило на сон, самый приятный сон, который мне когда-либо снился. Я был закутан в одеяло, мне было тепло и спокойно. В этой кровати, в чистой пижаме по размеру я чувствовал себя, как принц, которым воображал себя всего несколько дней назад. Последнее, что я помнил, это паб, приятная сытость и усталость. Мой Снейп, должно быть, отнес меня домой и уложил в кровать! Как бы я хотел помнить об этом. Но будет ли он сердиться на меня этим утром? Я попытался не волноваться из-за этого.
Я серьезно намеривался встать и приступить к работе, но, раз уж все еще явно была середина ночи, я позволил себе еще подремать.
— Просыпайся, ребенок.
О, нет! На улице было уже очень светло, я точно проспал! Но в его голосе не было слышно недовольства. Ну, не больше того, что всегда было присуще моему крестному. Мои плечи слегка поникли из-за съедавшего меня страха.
— Прими ванну и переоденься. Сегодня нам предстоит небольшая прогулка.
— Да, сэр.
Я выскочил из кровати, не обратив внимания на легкое головокружение. К счастью, я был привычен к быстрым подъемам по утрам.
Помывшись, я выбежал из ванной, натолкнувшись на Снейпа, и мои очки полетели на пол. Он аккуратно снова надел их на меня еще до того, как я успел извиниться.
— Почему ты так дрожишь, Гарри?
Прищурившись, оно снова по-настоящему посмотрел на меня. Почему он внезапно стал проявлять ко мне столько интереса? В отличие от тети и дяди, с ним я не знал, что может вывести его из себя, разозлить. Для меня это было довольно тревожным открытием.
— Про… — я замолчал, вспомнив, что мои извинения злили его. Я попробовал начать заново: — Это из-за ванны, сэр. Я сейчас же попробую перестать.
Я выудил руки из длиннющих рукавов рубашки, прижал их к моему впалому животу и закусил губу, чтобы остановить перестук зубов. Поможет ли это?
* * *
С.С.
— Из-за ванны? Ты ведь пробыл там не так долго, чтобы вода успела остыть. Ты заболел?
Маленький больной ребенок — только этого мне и не хватало. Во время болезни дети всегда становились плаксивыми, требовательными, сопливыми существами.
— Я… я не болен, сэр.
Неуверенность. Он явно что-то недоговаривает.
— Но…
Я ждал, пока он пояснит свое поведение. Но он так этого и не сделал.
— Ну же, договаривай! — не выдержал я.
