Я стояла одурманенная его запахом и слова не могла вымолвить. Он хотя бы осознавал, что пахнет гораздо приятнее меня? Даже приятнее Лёши. С каких пор? Наконец-то поцеловал. Требовательно и обжигающе страстно. Так, словно я единственная, кого он хотел бы целовать. Совсем не так робко как я. Через минуту мне уже совсем не хотелось уходить, хотелось вернуться в дом и целовать его до невозможности долго, пока мне не станет ещё лучше, ещё приятнее…
К моей досаде он остановился.
– Поехали, Мила. Иначе я сейчас затащу тебя через окно в дом, запру в спальне и уже сам никуда не выпущу.
Ого! Посмотрела на него во все глаза и в тот момент поняла, что хочу, чтобы он сотворил со мной именно это. Андрей прижался ко мне лбом и положил ладонь на щёку, обжигая своим касанием.
– Ох, малышка Соболева, я хочу, чтобы у нас всё было по-другому. Но мне сложно себя сдерживать, особенно когда ты так на меня смотришь…
Как я смотрела? Ни черта ничего не понимала, просто безумно хотела оказаться с ним в одной спальне, хотела почувствовать ту ласку, что уже однажды с ним испытала. Закрыла глаза, стараясь прийти в себя, но пока он так тесно прижимал наши тела друг к другу, это оказалось невыполнимо.
– Отпусти, – попросила я.
Он нехотя подчинился, прибавив расстояния между нами, но зацепил мою руку, переплетая наши пальцы.
Воронцов первым из нас вернулся в реальность и потянул меня к задним воротам. Первое время я шла за ним на автомате, потом и моя голова начала потихонечку соображать. Он действительно очень опасный. Как неловко осознавать свои намерения… Один поцелуй – и я готова бежать с ним в спальню.
Лексуса не было видно даже отдаленно, когда мы вышли за территорию. Андрей объяснил:
– Не стал тут парковаться, чтобы не привлекать внимание соседей.
Мы шли по безлюдной дороге достаточно долго, прежде чем оказались рядом с машиной. Андрей помог мне сесть в салон и всучил коробку, что достал с заднего кресла.
– Примерь, моя Милая, мы едем с тобой на каток!
В детстве я любила кататься на коньках вместе с братом. Потом он вырос, у него поменялись интересы, появились девушки, сформировалась компания и все наши зимние развлечения остались в далёком прошлом. Что касается моих подруг – Лера терпеть не могла каток, а остальные считали меня своей подругой только потому, что я была дочкой олигарха.
Повернулась к Андрею и некоторое время смотрела, как он сосредоточенно вёл машину. Его губы расплылись в красивой улыбке – видимо боковым зрением ему было видно, что я наблюдаю.
– Рассказывай, как ты вытащил мою бабушку из дома?
– Ну и наивная она у тебя, конечно, – вместо ответа поморщился Андрей. – Или жадная. У тебя папа сам бизнес сделал или в наследство от отца перешло?
– От отца. А дед в своё время урвал кусок во время перестройки. До этого, конечно, тоже шишкой был, но как раньше было – без больших денег, но со связями и возможностями.
– Тогда точно жадная.
– Ну не томи!
– К сестре твоей бабушки сегодня утром пришёл адвокат с завещанием от их далёкого одинокого родственника с несусветным богатством, который якобы помер три месяца назад. Заявил, что завещание зачитает в присутствии всех наследников и попросил вызвать твою бабушку на встречу.
– А родственника конечно нет.
– Разумеется, нет. То есть он есть, родственник, по родословной имя подбирали, но на том свете он уже четыре года, и богатства у него никакого нет. Обычный фермер из далёкой деревни. Но бабушкам-то это откуда известно, если они его толком не знали? В общем, обе старушки клюнули и ждут теперь нового визита адвоката к семи часам вечера.
– Но он не придёт?
– Не-а.
– И бабушка домой вернётся!
– Адвокат сначала перенесёт встречу на половину девятого, потом на следующий день, на девять утра. Твоя бабушка решит остаться, чтобы не ехать по темноте домой несколько часов, чтобы потом ни свет ни заря мчаться обратно.
– А если всё-таки решит ехать в ночь?
– Значит, нам об этом скажут и у меня будет больше двух часов, чтобы вернуть тебя в твою тюрьму. Не переживай, шансы, что она решит вернуться, крайне малы.
– А если бы она не поверила?
– В ход пошёл бы план "Б" с бесплатной оздоровительной программой от лучшего санатория города, где её пригласили в качестве почётного гостя.
– У меня слов нет, – в шоке говорю я.
– Ну, было бы гораздо проще, если бы ты пару раз сделала что-то наперекор отцу, может, запирать хотя бы перестали.
– Меня как раз и стали запирать после того, как я пошла ему наперекор. До этого жилось попроще.
– То есть ты была в клубе с сомнительными парнями назло папе?
Покраснела и выдала себя с потрохами.
– Ох, Милана… – недовольно рыкнул Андрей, покачав головой. – Почему?
– Потому что накануне вечером папа заявил, что намерен меня замуж за Полянского выдать.
Машина так резко затормозила, что я чуть под панель не слетела. Слетела бы, если бы на ремень безопасности. Андрей повернулся ко мне, нахмурив брови.
– Чего, прости?
– Ты зачем так резко тормозишь?
– Полянский твой жених?
– Да никакой он мне не жених! Разве что в папиных мечтах! Я его видела лишь однажды, на благотворительном вечере.
