Он – воплощение всех пороков. Мерзкий, самоуверенный тип, которого боится и ненавидит весь город. Мэр при встрече с ним лебезит, а местный криминал с удовольствием ведет свой бизнес. Все идет как по маслу, пока в его империи не появляется дерзкая красотка, которая переворачивает все с ног на голову. Его отлаженные механизмы больше не работают, а он сам против воли начинает медленно сгорать в любовной лихорадке. Только для нее он - монстр, у которого нет чувств. Впрочем, она привыкла не доверять мужчинам. Подкинет ли ему судьба счастливый шанс?
Вы когда-нибудь смотрели «Криминальное чтиво»? В том старом и добром фильме Джон отжигал по полной, но Екатерина Соловьева почти не помнила, насколько дорогой костюм был на герое, и восседал ли он в кресле. А вот злополучный день, когда она по ошибке открыла дверь кабинета с надписью «Генеральный директор» вместо отдела кадров, помнила отлично. Это было в пятницу, двадцать восьмого августа, в жаркий полдень, и очень похожий образ идеального хищного самца предстал перед ее глазами.
Катя пришла на собеседование по рекомендации с предыдущего места работы, но открыла не ту дверь, и застыла на месте. Она стояла, словно замороженная, приоткрыв очаровательный ротик и наблюдая за тем, как тот самый Генеральный царственно восседает в кожаном кресле за огромным темным столом, лениво плескает себе в стакан минеральную воду и, зажав сигару в идеально ровных белоснежных зубах, угрожает заказать какого-то очередного конкурента, дабы отправить к праотцам.
Его черные волосы были гладко зачесаны назад, а густые брови, выражая недовольство, сошлись на переносице. Две верхние пуговицы на белоснежной рубашке от ведущего бренда он расстегнул, а рукава закатал до самого локтя. Видимо, струи кондиционера недостаточно охлаждали его горячий нрав.
Сидящие вокруг члены совета директоров судорожно вытирали пот со своих влажных лбов, и, судя по выражениям их лиц, мысленно читали «Отче наш». Его секретарь, тщедушный и тощий, хлопал испуганными глазами из-под очков в тонкой роговой оправе, поправлял густую рыжую шевелюру и быстренько что-то черкал в деловом блокноте. Видимо, парня держали в корпорации исключительно за мозги, которых, судя по внешнему виду Генерального, он мог лишиться в любой момент.
Если бы Катя встретила когда-нибудь в своей жизни дьявола-искусителя во плоти, это был бы именно сей образчик мужской недобродетели.
Она стояла и умирала от страха вместе с советом директоров и заместителем жуткого монстра, и даже не смела двинуться с места, чтобы спастись бегством.
Генеральный поднял на нее тяжелый взгляд своих (о, боже, серых!) глаз, затуманенных дымом от сигары, и видимо, не поверил самому себе, потому что начал активно разгонять дым рукой.
— Кошечка, — убедившись в том, что перед ним реальная особь женского пола, а не мираж, расплылся в похотливой улыбке его огромный чувственный рот. — А что вы делаете в моем кабинете?
— Я… на собеседование…в отдел кадров… ошиблась дверью…. — едва слышно проблеяла Катя, и тут же почувствовала, как от напряжения вспотели ладони. Ее шелковая блузка с оборками прилипла к телу, а волосы цвета теплой корицы, стянутые в тугой узел для важности, зашевелились на голове.
— Новенькая? — растягивая слова, хрипловато произнес Генеральный. Затянулся едким дымом сигары, медленно выпустил его через нос и приподнял густую темную бровь. Серые глаза хищно сверкнули в сторону фигуры, просканировали ее от и до, отчего у девушки по коже поползли мурашки.
— Д-да… Дверью ошиблась…
— Как пройдете собеседование, возвращайтесь. Обожаю строгих девушек в очках. У меня обязательно найдется для вас теплое местечко.
— С-спасибо, — поглядывая на дрожащих кроликов из совета директоров, выдохнула Катя, и с ужасом заметила, что Генеральный ей подмигнул. Подмигнул нахально и дерзко, отчего сердце ухнуло куда-то вниз, и отчаянно забилось под ребрами.
Где-то глубоко внутри заорала женская интуиция: «Беги, дура! Беги, пока он не разозлился!»
— До свидания, — выпалила девушка, и опрометью бросилась прочь из кабинета.
Ей удалось добраться до двери с табличкой «Отдел кадров». Катя поправила волосы, очки, которые нацепила на нос исключительно для важности, и трясущейся рукой открыла дверь.
— Милочка, вы на собеседование? — улыбнулась ей румяная пышка с белоснежными кудрявыми волосами. — Проходите, присаживайтесь.
— Спасибо, — пробормотала Катя и медленно опустилась на стул для посетителей. Наверное, она спасена. Ну, по крайней мере, временно, точно.
— И что, Катя? Ты его больше не видела? — захлебывалась от восторга, мартини и любопытства верная подруга Марго, шатенка с короткой стрижкой и пухлыми алыми губами.
— Нет, он уехал на какое-то совещание в администрацию! — в отчаянии взмахнула руками Катя, да так сильно, что плоский бокал, наполненный мартини и льдом, дернулся и расплескал драгоценную жидкость на круглый столик.
— Ну, ты же только на собеседование пришла. В понедельник, наверное, увидишь, — с придыханием продолжала фантазировать подруга. — Как же я тебе завидую!
— Марго, ну ты в своем уме? Чему завидовать-то? — подняла над головой руку Катя. На запястье красовался изящный золотой браслет, усыпанный бриллиантами. Его подарил Кате очень состоятельный бизнесмен Егор Елисеев. Егора Катя обхаживала два года, и переезд в его квартиру стал ее личным триумфом. У нее изменился статус. Из просто подружки она превратилась в гражданскую жену Егора Елисеева – потасканного блондина с голубыми глазами, и наконец-то освободила жилплощадь у Марго в маленькой однушке, которую они делили на двоих.
