— Тогда пошли, — он снова нажал какую-то кнопку, оказывается, до этого он просто заблокировал лифт, чтобы его никто не мог вызвать. А теперь лифт плавно скользил вниз. Выйдя на первом этаже, я заметила несколько мужчин, явно недовольных тем, что им пришлось так долго ждать лифт. Я отвернулась от их возмущенных взглядов, щёки мои пылали. И как только мы вышли на улицу, я громко рассмеялась. Маркус смотрел на меня, весело улыбаясь, ожидая пока пройдёт моя истерика. Потом кивнул кому-то и к нам подъехал мерседес. Из него вышел Грег и открыл перед нами дверь автомобиля. Маркус усадил меня, а потом сел сам.
— Ну что, ты успокоилась? — спросил он, пока Грег обходил машину и садился за руль. Я глубоко вздохнула, успокаиваясь и приводя себя в порядок.
— Ты сведёшь меня с ума Маркус Белл, — призналась я, глядя на мужчину перед собой. А он ничего не ответил, просто прижал меня к себе и поцеловал в макушку. Машина тронулась с места, и мы поехали по вечернему Лондону.
***
Грег высадил нас на Кингс Роуд, деревья тут были увешаны гирляндами и красиво переливались в вечерних сумерках. Рестораны, пабы и кафешки здесь шли друг за другом, и все были забиты до отказа. Самая разнообразная музыка лилась со всех сторон. Мы перешли через дорогу, и Маркус повёл меня мимо ряда ресторанов и бутиков. Мы свернули в какой-то переулок, Маркус бросил на меня таинственный взгляд и хитро улыбнулся, после чего толкнул незамеченную мной ранее дверь, и мы начали спускаться в подвал. Здесь горел тусклый свет, а чем дальше мы заходили, тем громче до нас доносились звуки танцевальной музыки. Длинный коридор вскоре начал расширяться, и мы попали в огромный зал. За столами накрытыми красными скатертями сидели люди, мимо сновали официанты с подносами нагруженными едой. Место было необычное, кирпичные стены обшарпанные и местами с подтёками соседствовали с красивыми красными коврами с разнообразными орнаментами. Кожаные дорогие диваны стояли рядом со старыми деревянными стульями и столами, сделанными из простых ящиков для овощей. Помещение разделялось на уровни. На самом верхнем стояли столы, где люди ужинали. Ниже располагалась зона отдыха с креслами и диванчиками, справа от неё находилась широкая барная стойка, возле которой стояли необычного вида узкие кожаные кресла оранжевого и фиолетового цветов. Напротив зоны отдыха располагалась небольшая сцена, на которой стояли музыкальные инструменты и несколько мужчин занимались настройкой микрофона и гитар. А ещё ниже, словно в яме находился танцпол, оттуда до нас и доносилась музыка. Я с интересом осматривала это удивительное место, а Маркус рядом со мной тихо посмеивался над моим шоком. Он повёл меня на самый верх, там мы устроились за округлым столиком. К нам тут же подошла официантка. Молодая девушка в белой рубашке, черных брюках и таком же чёрном фартуке. Она улыбнулась Маркусу, скорей просто из вежливости, чем флиртуя. Но я поняла, что они знакомы, потому что Маркус обратился к ней по имени, хотя девушка была без бейджа.
— Амина, я буду то же, что и всегда. А моя девушка, — он сделал акцент на последнем слове и посмотрел на меня, ожидая, что скажу я. Подхватив меню, я быстро пролистала страницы и, в конце концов, остановилась на хорошо прожаренном стейке и зелёном салате. — И принеси ещё бутылочку вина, — добавил Маркус, пока девушка всё записывала в свой блокнот.
— Подождите немного, мистер Белл, заказ сделают быстро и в лучшем виде, — она снова улыбнулась и я заметила, как она смутилась и, её щёки порозовели. Как только она ушла я перевела взгляд на Маркуса.
— И часто ты тут бываешь?
— Каждый раз, когда приезжаю в Лондон, — улыбаясь, и слегка наклонившись вперёд, ответил он. — Кажется, кто-то ревнует?
— Что? Вовсе нет, — я пожала плечами и откинулась на спинку стула. В ответ Маркус лишь посмеялся. Пока мы ждали наш заказ, его телефон несколько раз звонил. Он не отвечал, но с каждым новым звонком выглядел всё более удручённым. Я поняла, что звонила его мать. И когда в следующий раз его смартфон завибрировал, я схватила его и ответила. Меня распирало от злости. Даже здесь за много километров, ей удалось испортить наш вечер.
— Алло, — рявкнула я, Маркус недовольно поморщился и потянулся за телефоном, но я отвела руку, не давая ему перехватить его.
— Алло, Делия?! Где Маркус? Он в порядке? — голос её звучал встревожено.
— Моника, ваш сын не маленький ребёнок, не нужно звонить ему каждые пять минут. Дайте ему немного свободы, я вас очень прошу, — сказала я, отчаянно сдерживая свои эмоции и стараясь говорить как можно спокойней и вежливей.
— Делия, дай трубку моему сыну, это очень важно, — приказала она, но за этими стальными нотками я услышала то, чего кажется, никогда не слышала раньше от Моники, страх и мольбу.
— Он в порядке, Моника. Жив и здоров, наберитесь терпения, и скоро он к вам вернётся, и вы снова сможете выносить ему мозг, — я начинала терять терпение, а Маркус напротив меня нахмурился ещё сильнее. Я собиралась отключиться, когда в трубке послышался тихий умоляющий голос:
