Когда я снова прихожу в себя, то замечаю, что все вещи стоят на своих местах. Всё прибрано, а на кофейном столике стоит поднос с едой. Я сажусь в кровати и поднимаю взгляд на потолок. Я чувствую, что он смотрит, знаю, что он где-то там, вот только где? Сколько я уже здесь нахожусь? Не знаю, время тут течёт иначе, и сложно определить день сейчас или ночь. Я встаю с кровати, и ноги погружаются в высокий ворс ковра. Я уже знаю, что под ним находится бетонный пол. Стены тоже бетонные. Всё это напоминает какой-то подвал или гараж. Снова поднимаю голову и смотрю на потолок. Люминесцентные лампы освещают мою комнату, и сначала я отвожу взгляд от их яркого света. Но потом замечаю какой-то маленький чёрный предмет, за лампой. Неужели это и, правда, камера? Захожу с другой стороны, чтобы рассмотреть лучше. Кажется, это действительно миниатюрная камера. Потолок тут высокий и мне вряд ли удастся достать до него, но я всё же делаю несколько попыток. Сначала встаю на кровать, вытягиваю руку вверх, пытаясь достать и сбить камеру, но мне не хватает роста. Потом решаю встать на кофейный столик, он гораздо выше кровати и возможно я смогу достать до потолка. Убираю поднос с двумя тарелками и кувшином сока, ставлю его прямо на пол и забираюсь на столик. Он недовольно скрипит, но стойко меня выдерживает. Но даже так мне не хватает ещё сантиметров тридцать. Опускаю голову, и взгляд падает на кучу подушек, лежащих на кровати. Быстро спускаюсь на пол и начинаю закидывать камеру подушками. Ничего не получается, камера стойко стоит на месте. Поэтому я беру одну подушку и вместе с ней забираюсь на стол, после чего собрав всю ненависть и злость, запускаю этой подушкой по камере. Слышится треск и камера пикирует на пол, где разбивается на несколько частей. Из меня вырывается победный клич, и я начинаю скакать на столе от радости.
— Как ты сейчас будешь за мной подглядывать, чёртов ублюдок?! — ору я, оглядываясь, словно ожидая, что он вот-вот войдёт в комнату, чтобы наказать меня за камеру. Я даже возвращаюсь на пол, в надежде встретиться с ним лицом к лицу. Но мои ожидания, так и остаются всего лишь ожиданиями. Дверь не открывается, а молча, действует мне на нервы. А потом вдобавок ко всему со всех сторон на меня направляется звук механического смеха. Это мигом убавляет чувства победы во мне, я кружусь на месте, словно волчок, выискивая ещё одну камеру. Как я могла подумать, что тут всего лишь одна камера? Идиотка.
— Ты очень сообразительна, Делия. Я всегда это знал. В первую очередь к тебе меня привлёк именно твой ум. Среди этих поверхностных девчонок, которые думают только об одежде, макияже, о каких-то дурацких ток-шоу. Среди всех них, ты всегда была самой умной, целостной, настоящей. Ты снова и снова доказываешь мне, что я не зря тебя выбрал.
— Долго ты будешь держать меня тут? — ору я, чувствуя, как на меня снова накатывает чувство бессилия и обречённости.
— До тех пор пока ты не примиришься с тем, что я тебе не враг.
— А что потом? Что будет с нами дальше? Надеешься, что я полюблю тебя?
Снова этот механический смех.
— Милая, Делия, ты уже меня любишь, — даже в этом видоизменённом голосе чувствуется нежность, с которой он произносит моё имя. И это опять возвращает меня к вопросу о личности моего похитителя. Этот человек точно знает меня и говорит о том, что я знаю его. И люблю…. А может он всё это лишь придумал. Что если я с ним пересеклась один раз, улыбнулась случайному прохожему, а он принял эту улыбку на свой счёт. Ведь такое тоже возможно. Сколько книг и сериалов я прочитала и пересмотрела на эту тему? Если у человека проблемы с психикой, он может видеть в некоторых вещах то, чего там и нет.
— Я хочу увидеть тебя, — заявляю я твёрдо и на мгновенье даже не узнаю собственный голос. Его молчание заставляет меня ещё больше нервничать. Я начинаю бояться того, что он и правда сейчас войдёт в эту дверь. Я боюсь, что увижу знакомое лицо, и остатки моего мира разлетятся на части. Но мой похититель снова даёт мне отсрочку.
— Я не могу, Делия. Я уже говорил, что ты не готова.
— Что если я никогда не буду готова? Что если я никогда не приму тебя? Что будет тогда? Ты будешь держать меня здесь до тех пор, пока я не умру?
Глаза щиплет от подступающих слёз. Тот небольшой запас сил, что у меня был ещё минуту назад, начинает заканчиваться. Я опускаюсь на мягкий матрац, чувствуя себя при этом дряхлой развалиной. И от этого ещё сильней злюсь на себя. Неужели моя жизнь теперь будет заперта в этих четырёх стенах.
— Отдыхай, Делия. И не забудь поесть, тебе нужно питаться.
