— Делия, ты не понимаешь, ему нужно…
— Что ему нужно, так это чтобы вы ослабили свою хватку. Доброго вечера вам, Моника, — сказала я и нажала на «отбой». Как только я вернула телефон на место, то сразу поняла, что вечер испорчен.
— Я выйду ненадолго, — тихо сказал Маркус, поднимаясь из-за стола.
— Маркус, подожди, — я встала вслед за ним, но он поднял руку, останавливая меня. Я безвольно опустилась обратно на стул. А он развернулся и оставил меня одну. Он обижался на меня? Неужели я перегнула палку с его матерью? Конечно, я знала, что она ему небезразлична. Он любил её так же как меня, но неужели он не видел, как сильно она в него вцепилась? Всему приходит конец, и я устала терпеть её поведение. Да я не родилась в семье нефтяных магнатов, не ношу дизайнерские тряпки и не езжу на дорогих тачках. Но я такой же человек, как и она, и я обладаю чувством собственного достоинства. А Моника, по-видимому, считала меня жвачкой прилипшей к ботинку, от которой никак нельзя было отделаться.
Принесли наш заказ, а Маркус всё не возвращался. Я налила себе бокал вина и осушила его залпом. Аппетит пропал напрочь, и я выпила ещё. А потом, плюнула на всё и пошла танцевать. Маркус мог обижаться сколько угодно, но я поступила, так как считала нужным. В конце концов, я приехала в Лондон в надежде сбежать от вечно надоедающих мамаш, от маньяка возомнившего себя моим ангелом хранителем, от людей, которые оценивали других по состоянию кошелька. Я мечтала провести несколько дней в компании парня, который любит меня. Так что это я должна была на него обижаться за то, что он снова выбрал не меня на этой дурацкой чаше весов.
Я спустилась в яму, где уже танцевала молодёжь. Звучал какой-то популярный попсовый трек. Вино сделало своё дело, и я почувствовала лёгкость во всём теле, стоило мне только влиться в ритм музыки. К чёрту их всех! Я закрыла глаза, чувствуя вибрации во всём теле и двигаясь в такт новым аккордам. Мне было хорошо, и я всеми силами пыталась заглушить неприятный голосок в голове, твердящий мне вернуться назад и извиниться перед Маркусом. Хватит с меня, мне совсем не хотелось чувствовать эту вину, которая словно яд пропитывала мою кожу. Всё о чём я думала и мечтала это о том, чтобы хоть раз Маркус выбрал меня, а не свои дела, бизнес, или свою мать. Но некоторым мечтам просто не суждено сбыться, ведь так?
На мои бёдра опустились чьи-то руки, что тут же заставило меня вздрогнуть и вернуться в реальность. Я отшатнулась и повернулась лицом к своему незваному гостю. Позади меня стоял какой-то мужчина, изрядно подвыпивший, о чём говорила его кривая ухмылка и красные глаза.
— Какого чёрта? Что вы себе позволяете? — возмутилась я, на что он ещё шире растянул губы в ухмылке.
— Киса с коготками? Мне нравятся такие, — заплетающимся языком произнёс он и протянул ко мне свои руки. Вокруг нас танцевали люди, но никто не обращал внимания на то, что происходило. Я отшатнулась назад от него, а он запутался в своих ногах и налетел на меня, оплетая вокруг меня свои ручищи. От падения нас спасла стена, к которой я теперь была прижата. Его лицо оказалось напротив моего, обдавая меня тошнотворным запахом алкоголя. Перед глазами снова встал образ Люка, и меня сковала паника.
— Уже не такая воинственная? — усмехнулся он и наклонился ещё ближе. Резкие удары моего сердца эхом раздавались в ушах. Я снова оказалась в оранжерее, прижатой к твёрдой скамье телом Люка Флетчера. Я начала задыхаться, слёзы душили меня, липкий страх снова завладел мной. А потом что-то заставило меня очнуться, вернуться в клуб и вздохнуть полной грудью. Я осмотрелась и увидела, что Маркус успел вернуться и теперь выбивал дерьмо из этого пьяного мудака, который решил распустить руки. Все столпились вокруг них двоих, никто не решался им помешать. Точнее помешать Маркусу, который методично наносил удары по физиономии мужчины. Я находилась в шоке от увиденного, никогда до этого я не видела Маркуса таким разъярённым. Он никогда не дрался, а если это и происходило, то больше напоминало игру. Сейчас же всё было на самом деле и меня напугало то, что лицо Маркуса при этом было спокойным, он словно находился в прострации, казалось, он покинул своё тело, в глазах его была пустота.
— Маркус! Остановись, Маркус! — крикнула я, наконец вырвавшись из оцепенения. Я подбежала к нему, но он меня не слышал и не видел. Я позвала его снова, но ничего не изменилось, тогда я стала звать охрану. Меня бил озноб, кровь была повсюду: на каменном полу, на пиджаке Маркуса, на его белоснежной рубашке и даже на лице. Я отшатнулась назад и чуть не упала. Меня поддержала под руку какая-то девушка, и я благодарно ей кивнула. Наконец пришли двое мужчин в чёрной униформе охраны и, взяв бессознательное тело мужчины под руки, вынесли его на улицу.
Маркус медленно поднялся на ноги и осмотрелся вокруг, ища меня взглядом. Когда же он нашёл меня, то тут же подбежал ко мне, в глазах его плескалась тревога.
