— Удачно съездили в Лондон? — поинтересовалась мама, меняя тему. Но по её глазам я прекрасно понимала, что она не поверила в мою усталость. Эта женщина видела меня насквозь. Я села на стул возле прилавка, за которым стояла мама. Сегодня она как всегда выглядела потрясающе. В красной шёлковой блузе с широкими рукавами, в джинсах с завышенной талией и босоножках на платформе. Тёмные волосы собраны в красивую косу и перевязаны алой лентой. В ушах, позвякивая при каждом движении, висели объёмные серьги с разноцветными бусинами. Она нагнулась, навалившись локтями о прилавок, и посмотрела на меня выжидающе.
— Хорошо, было здорово. Мы много гуляли, Маркус показал мне все самые известные места Лондона. Мне понравилось, — про драку я конечно же умолчала, не хотелось омрачать светлый образ Маркуса перед мамой. Иногда она может быть слишком мнительной и осторожной. А это обязательно бы заставило её задуматься настолько ли Маркус хорош для её единственной дочери.
— И всё же ты чего-то недоговариваешь, юная леди, — мама, прищурившись, посмотрела на меня, но поняла, что я ничего не скажу.
Звякнул колокольчик над входной дверью, и мы обе обернулись. Неожиданный гость для нас обоих появился в магазинчике и всем своим видом явно выделялся. Ну, точно слон в посудной лавке. Свободного места в магазине было мало, тут и там громоздились шкафы, забитые до отвала шкатулками, фигурками, старыми книгами, открытками и ещё бог знает чем. Передвигаться тут можно было только по витиеватым коридорчикам и очень осторожно. Поэтому, как только детектив Ходжез начал продвижение по захламлённым тропинкам, то тут же уронил пару ваз. Благо с реакцией у него всё было в порядке, и он вовремя их подхватил, не дав упасть.
— Извините, — сказал он своим глубоким грудным голосом, убирая вазы на место и подходя к нам. — У вас тут как в сокровищнице у дракона.
Он улыбнулся, но как-то натянуто. Видимо опять пытался наладить между нами дружескую атмосферу своей шуткой. Но я ещё по прошлому разу поняла, что шутить этот мужчина совсем не умел.
— Что привело вас к нам, детектив? — вежливо спросила мама. Держалась она прямо и как-то воинственно. Я поняла, что так она пыталась скрыть волнение. Думаю, мы обе считали, что появление детектива вряд ли было вызвано чем-то хорошим. По спине у меня пробежал холодок. Я всё подобралась на стуле и в ожидании уставилась на детектива.
— Делия, какие у вас отношения с Моникой Белл? — обратился ко мне детектив, вытаскивая из кармана брюк блокнот с ручкой. А я почему-то не сразу поняла, о чём он спрашивает. Даже не могла вспомнить кто такая Моника Белл. В голове мгновенно образовалась пустота.
— Вы конфликтовали с матерью вашего парня Маркуса Белла? — напрямую спросил он.
Голос детектива Ходжеза стал более строгим, и это вывело меня из ступора. Я зажмурилась, нервно потёрла лоб.
— Мы… эээ…не то чтобы, — я мямлила как какая-то идиотка. В голове звенело, и я никак не могла сосредоточиться.
— Дорогая, не нервничай, дыши глубже и расскажи детективу всё, что он хочет знать, — мама обошла прилавок и встала позади меня, опустив руки на мои плечи. Почувствовав её рядом, я кивнула и снова обратилась к детективу.
— Ничего такого серьёзного не было. Думаю, у многих возникает недопонимание с матерью своего парня. Тем более мы с Маркусом из разных социальных слоёв, если вы понимаете, о чём я. Думаю, это всегда являлось самой главной причиной ссор между нами с Моникой. А почему вы спрашиваете?
Детектив видимо записывал мои слова в свой блокнот. А потом посмотрел сначала на мою мать и выглядел при этом не слишком радостным. Что-то тёмное таилось в его взгляде, какая-то тяжесть или безысходность. Он вздохнул, перевёл взгляд на меня, а я снова поразилась тому, как же он здесь выделялся. В своём чёрном костюме, с этим слегка воинственным выражением лица, он был настоящим тёмным пятном в этом ярком окружающем его мире. За его спиной на стене висели абстрактные картины, цветные бумажные зонтики, даже несколько воздушных змеев. Всё такое яркое, дышащее жизнью. А от Ноя Ходжеза словно пахло смертью.
— Мы нашли Монику Белл.
— Что значит нашли? — непонимающе спросила я, наклоняясь вперёд.
— Полчаса назад её обнаружили в собственной оранжерее с перерезанным горлом, — на удивление спокойным и будничным тоном сообщил детектив. Я посмотрела на маму, совершенно сбитая с толку. Это сон? Наверняка сон. Иначе, как ещё это можно объяснить. Мама потерянным взглядом смотрела на меня. Нижняя губа у неё задрожала, а рука на моём плече сжалась сильнее. Я опять повернулась к Ходжезу.
— Она… она умерла? — голос мой походил скорее на писк, воздух застрял в моём горле, не давая нормально вздохнуть.
