Я начинаю бить по стеклу, снова и снова. Вспоминаю все зверства, которые совершил этот монстр. Снова чувствую запах опалившейся кожи Шарлотты, вижу окровавленное тело Люка Флетчера. Все события последнего месяца проносятся в моей голове с невероятной скоростью, подпитывая мою ярость, добавляя сил. Каждый удар отдаётся болью во всём теле. Я толкаю стену плечом. Но все мои усилия остаются напрасны. Слёзы застилают моё лицо. Болезненный крик вырывается из моего горла, когда я наношу последний удар кулаком. Острая боль обрушивается на меня словно лавина. Мои кулаки в крови, и я не могу ими пошевелить. Кажется, что я сломала правую кисть. Но сейчас я не обращаю внимания на эти вещи. Всё что я вижу, через непрекращающийся поток слёз, это мелкие трещинки, расползающиеся по этому огромному стеклу. Тихий еле заметный треск сопровождает, каждую новую трещину. И теперь передо мной не безупречная гладкая стена, а некая паутина. Левой рукой я слегка надавливаю на центр этой паутины, и с мелодичным звоном стекло осыпается на пол. Кажется, несколько осколков попадает мне на босые ноги и даже вонзаются в кожу. Но я не вижу этого и не чувствую. Я словно стала суперчеловеком. Боль больше не властвует надо мной. Всё что меня сейчас волнует, это Заккари. Поэтому я переступаю через полосу, на которой осколков больше всего и всё равно мне не удаётся избежать всех стекляшек, несколько вонзается в мои ступни. Острая боль проносится по моим ступням, но я стискиваю зубы и иду дальше.
Когда я уже оказываюсь рядом с Заккари, то медленно опускаюсь на пол. Меня одолевает страх. Я боюсь, что всё уже потеряно. Боюсь, что потеряла его навсегда. Ведь я только что его нашла. Протягиваю к нему руку, осторожно убирая волосы с его лица. Его нижняя губа разбита и опухла. И возможно нос сломан. Крови на футболке немного, так что я делаю вывод, что серьёзных травм на нём нет. Это уже даёт мне небольшое облегчение. Но остаётся самое главное. Дрожащей рукой я тянусь к его груди. Пожалуйста! Пожалуйста! Только будь жив! Моя ладонь касается его груди, он кажется тёплым, что уже является хорошим знаком. Но я всё ещё не чувствую его сердцебиения. Поэтому я опускаю голову и кладу ему на грудь. Сначала я ничего не слышу, но потом я улавливаю тихое и какое-то нерешительное биение сердца. Тогда я по-настоящему вздыхаю с облегчением. Я улыбаюсь, а потом неожиданно для себя самой начинаю смеяться. Все громче и громче, вскоре начиная хохотать словно сумасшедшая. А потом на смену хохоту приходят слёзы. Глухие рыдания вырываются из моей груди. Я цепляюсь за футболку Зака, словно убеждая себя, что он здесь, что он жив. В моём тёмном коридоре снова забрезжил свет благодаря Заку. Он вернул мне надежду. Надежду на спасение, надежду на счастливый конец.
— Делия…
Тихий, хриплый, слабый голос Зака заставляет меня поднять голову. Я даже не сразу понимаю, что это действительно говорит он. Глаза его закрыты, а ресницы тихонько подрагивают. Его правая рука ложится мне на голову, и он проводит ей по моим волосам. А потом медленно открывает глаза, так словно это даётся ему с большим трудом. Взгляд его затуманен, и тогда я понимаю, что его скорей всего чем-то накачали, чтобы привезти сюда.
— Делия, это правда… ты? Это… не сон? — произносит он, с трудом подбирая и выговаривая каждое слово.
— Да, Заккари. Да я тут, я с тобой, — я провожу рукой по его шершавой щеке, покрытой густой щетиной. Я стараюсь улыбаться, казаться сильной, сдерживать слёзы. Но получается с трудом.
— Я так долго тебя искал….Так долго… Делия, — словно что-то вспомнив Зак весь напрягается и на мгновение словно окончательно приходит в себя, — где он? Ты его видела? Я всё узнал! Всё, слышишь?! Где мой брат?
— Я не видела его, о чём ты говоришь? Что ты узнал?
Но он больше ничего не произносит. Видимо наркотики ещё действуют на него. Потому что в следующий момент его глаза снова закрываются, и он отключается. Что он имел в виду, говоря всё это? Что такого узнал Заккари? Неужели ему известно кто скрывается за маской Мстителя?
Проходит несколько часов, а может и минут. Не знаю. Находясь в этой тюрьме, привыкаешь не придавать значения времени. Голова Заккари лежит на моих ногах, когда он потерял сознание, я попыталась сделать всё, чтобы ему было удобней. Машинально я глажу его по волосам левой рукой, которая пострадала меньше всего. Это меня успокаивает, как и то, что он рядом. Я начинаю думать, что вместе у нас гораздо больше шансов покинуть эту клетку. Нужно только придумать план.
— Делия…
— Я здесь, Зак.
Он открывает глаза и не сразу понимает, где находится. Но постепенно его взгляд становится более осмысленным, видно, что он вспоминает. Потом Заккари резко садится и оглядывается. Когда он снова оборачивается ко мне, то его глаза буквально горят. Он открывает рот, словно собирается, что-то сказать. Но вместо этого тянется ко мне рукой и гладит по щеке. Я закрываю глаза, наслаждаясь его близостью.
