— Увы, разум Ксерона не поддаётся ни пленению, ни уничтожению. Его душа бессмертна, а его сила проистекает из глубин Хаоса, что делает его почти неуязвимым.
Эйрин, чувствуя нарастающее напряжение, спросила с надеждой:
— Но есть же что-то, что мы можем сделать? Как мы можем противостоять ему, если его разум неуничтожим?
Отец богов одарил её непроницаемым сияющим взглядом.
— Есть только один способ справиться с этой угрозой: освободить его от тьмы силой света.
Залкос скрестил руки на груди.
— Можно поконкретнее, Спирос? Что именно мы должны сделать?
— Соединение ваших сердец и ваша любовь — вот ключ к победе, — ответил тот. — Я имею в виду всех четверых.
Эридан и Эральдо, всё ещё стоя на коленях, наконец подняли головы и недоумённо переглянулись.
— Что, я и их должен полюбить? — в насмешливом голосе Залкоса слышался скрытый гнев.
Спирос серьёзно кивнул:
— Я знаю, что вы все причинили друг другу боль, но это делает ваш союз ещё крепче.
— Союз? — переспросил Залкос, вскинув брови.
— Любовный союз, — твёрдо сказал бог Порядка.
— Я не понимаю, о великий Спирос, — растерянно произнесла Эйрин. — Залкос, Эридан и Эральдо… мы все… запутаны в сложных отношениях…
— Это… это невозможно! — горячо возразил Эральдо. — Мы можем сражаться рядом с Залкосом, но полюбить его… как?!
— Мы в смятении, великий бог, — почтительно добавил Эридан.
Залкос не удержался от насмешливого комментария:
— Да, действительно, Спирос. Какой прекрасный план! Давайте просто соберёмся в круг и будем петь хвалебные песни любви, пока Ксерон разрывает нас на куски.
Спирос, не обращая внимания на сарказм, продолжал:
— Я понимаю ваши сомнения, но именно в этой любви заключается ваша сила. Вы все пережили страдания и разногласия, и это делает вас сильнее.
Эридан покачал головой:
— Но как это поможет нам? Мы не можем просто забыть о том, что произошло. Я и Эральдо… мы были с Эйрин, и теперь мы должны объединиться с Залкосом в любовном союзе? Это абсурд!
Эральдо процедил, сжав кулаки:
— Да, мы все любим Эйрин, но как мы можем доверять друг другу? Как мы можем быть уверены, что это не приведёт к ещё большему хаосу?
Голос Спироса прозвучал как гром в ясное утро:
— Это именно то, что вам требуется. Доверие, которое вы сможете построить, станет основой для вашей силы. Вам нужно будет открыть свои сердца и позволить любви объединить вас. Вместе вы сможете создать мощный поток света, который сокрушит тьму Ксерона.
Эйрин, чувствуя, как её сердце наполняется надеждой и страхом одновременно, спросила:
— Но с чего нам начать? Как нам объединиться, когда между нами столько противоречий?
Губы Спироса тронула лёгкая улыбка:
— Вы уже начали. Теперь вам осталось довести это до конца. Только ты, маленькая жрица, можешь упорядочить Хаос Залкоса, и только свет Эридана и Эральдо может озарить его тьму.
Залкос сдавленно зарычал:
— Что значит «упорядочить Хаос»?! Я на это не подписывался!
— Ты сам говорил, что Порядок и Хаос должны сосуществовать в гармонии, поддерживая баланс мироздания, — объяснил Спирос, — и сейчас как никогда прежде ты готов к этому. Сразись с Ксероном, со своим собственным порождением и своим страхом — бок о бок со своими друзьями, — и тебе откроется истинный путь твоего предназначения.
С этими словами Спирос растворился в ярком сиянии, и, когда оно померкло, Эйрин, Залкос и рыцари остались в святилище в недоумении.
Эридан сидел под раскидистым деревом на склоне холма, где спутники, покинув святилище, решили сделать привал. У него из головы не выходили слова Спироса о том, что они должны объединиться в любви, и его разум был в смятении.
— Что, демон забери, он имел в виду? — недоумённо пробормотал Эральдо, стоявший рядом, словно прочитав его мысли.
Эридан глядел на Эйрин и Залкоса, сидевших поодаль: на то, как сияют её глаза, когда она смотрит на бога Хаоса, как она улыбается ему и как он гладит её по голове, — и это вызывало в нём странное чувство зависти и нежности одновременно. Он всегда любил её, и, несмотря на то что она была с другим, в глубине души он надеялся, что их связь не разорвана окончательно.
Спирос говорил о любви и единстве, и Эридан задумался о том, насколько это важно в их борьбе против Ксерона. Он понимал, что любовь может быть силой, которая объединяет их, а не разъединяет. Если бы Эйрин согласилась, он был готов делить её даже с Залкосом, лишь бы она снова принадлежала ему и Эральдо. Ради того, чтобы она вновь стала частью их жизни, он был согласен на любые условия.
Смотря на Эйрин и Залкоса, Эридан почувствовал, как внутри него зарождается решимость. Он не собирался сдаваться. Если любовь могла быть силой, способной спасти их мир от тьмы, он готов был бороться за это, даже если это означало делить её с другим. Главное, чтобы Эйрин была счастлива.
Он глубоко вздохнул, собираясь с мыслями, и наконец встал и положил руку Эральдо на плечо.
— Пойдём, нужно поговорить с ними, — сказал он, и друг, кивнув, последовал за ним.
Рыцари подошли к Эйрин и Залкосу, сидевшим на траве, бог Хаоса тут же встал и скрестил руки, смерив их недружелюбным взором.